10934

Братья Сутягинские, построившие в нашей стране два убыточных завода за счёт денег казахстанских банков, планируют взыскать с Казахстана десятки миллионов долларов

Похоже, судиться с Казахстаном за огромные деньги становится некой модой у зарубежных бизнесменов, работавших в нашей стране. Вслед за молдавским коммерсантом Анатолом СТАТИ, который пытается выбить у казахстанского правительства 500 миллионов долларов, о своих амбициях по возвращению неких “инвестиций” заявил россиянин Михаил СУТЯГИНСКИЙ, бывший депутат Государственной думы и брат печально известного Александра СУТЯГИНСКОГО, осужденного в Казахстане на 12 лет колонии за организацию заказного убийства делового партнера и давнего друга Михаила ГАРКУШКИНА. Что удивительно, в тюрьму старший брат так и не сел, сбежав из страны. Но даже это обстоятельство не мешает Сутягинским официально заявлять о своих претензиях на возврат денег.

В начале декабря в российской газете “Ведомости” было опубликовано большое интервью совладельца группы нефтехимических компаний “Титан” Михаила Сутягинского. В России у бывшего депутата Госдумы репутация рационализатора и новатора, что подчеркивает тщательно написанная статья в Википедии. Благодаря его бизнес-инициативам реализованы десятки проектов в Омской области, где он постоянно проживает, и в Казахстане, откуда родом. Правда, Википедия скромно умалчивает, в какую сумму обошлись рационализаторские подходы семьи Сутягинских казахстанским банкам, и в первую очередь Банку развития Казахстана (БРК).
Впрочем, и сам Михаил Александрович скромно умалчивает о расходах Казахстана на его проекты. В интервью “Ведомостям” он выступает с новаторской идеей: дескать, в условиях кризиса и антироссийских санк­ций необходимо поддержать новые предприятия не на словах, а на деле. А именно освободить их от налогов хотя бы на какое-то время. А еще неплохо бы снизить ставки по кредитам, да и вообще господдержку следует пересмотреть, чтобы крупные налогоплательщики могли встать на ноги и потом принести бюджету больше средств.
Интервью достаточно подробное, с цифрами и деталями. И лишь небольшой кусочек разговора посвящен казахстанским активам Сутягинских - заводам “Биохим” и “Силициум”. Его можно привести целиком, чтобы читатели понимали, о чем идет речь:
- То есть идею построить кремниевый завод на родине не оставляете?
- Не оставляем. [За счет производства кремния наш] регион, который сегодня убыточен, может быть профицитным.
- А казахский завод забыт, с ним покончено?
- Он работает, но он в ужасном состоянии. И второй завод стоит - “Биохим”, он наполовину разграблен. Мы работаем в юридической плоскости по возврату наших активов.
- И есть надежда?
- Однозначно. Мы либо деньги вернем, либо активы.
- А вы что больше хотите: деньги или заводы?
- Сейчас уже деньги. Нам, по существу, завод этот [кремниевый] не нужен. Мы построим новый, зная ошибки, недостатки. Есть два патента, и подали еще на восемь работ с Горным университетом - будем делать вместе.
- Сколько денег вы хотите с Казахстана получить, вы же уже подсчитали?
- Подсчитали, но я в прессе не хочу озвучивать.
- Давайте по-другому: на что вам хватит этих денег?
- Хватит, чтобы построить новый кремниевый завод в России. Хватит на то, чтобы своей долей войти в строительство завода по глубокой переработке зерна”.
Вот что интересно: пока речь идет о налогах, о ставках кредитов и о других важных цифрах, Михаил Сутягинский весьма охотно раскрывает данные. Но когда заходит речь о казахстанских активах, тут же выясняется, что он не хочет озвучивать прессе суммы, которые собирается вернуть. Впрочем, в том же интервью “Ведомости” указывают, что группа компаний “Титан” вложила в строительство завода “Силициум” в Карагандинской области 23 миллиона евро. Была информация, что в свой другой проект - завод “Биохим” - Сутягинские инвестировали порядка 10 миллионов долларов. Почему же Михаил Александрович не хочет раскрывать эти цифры? Сказал бы прямо: Казахстан должен нам 33 миллиона, пусть вернет. И не судился бы в районных судах Казахстана, а сразу бы пошел в Лондон, потребовал бы арестовать активы Нацфонда на пару миллиардов долларов (сейчас ведь это модно), чтобы потом с высоких трибун заявлять, что правительство Казахстана - это рейдеры, мошенники и так далее.
Однако г-н Сутягинский, скорее всего, понимает, что идти на Казахстан с открытым забралом не стоит. И на то есть несколько причин.
Начать стоит с того, что в Казахстане до сих пор продолжаются судебные процессы по обоим проектам семьи казахстанско-российских бизнесменов. Завод “Биохим”, построенный в 2006 году в Северо-Казахстанской области, по сообщению пресс-службы БРК, стоил в общей сложности около 94 миллионов долларов. Из них более 60 миллионов - это деньги БРК. Еще 17,5 миллиона дал Альфа-Банк, Банк ЦентрКредит добавил 5 миллионов, а собственные средства компании “Био­хим” - 10,6 миллиона.
Открытие предприятия получилось грандиозным, присутствовал сам глава государства, а совладельцы завода заверяли общественность, что зальют биотопливом все близлежащие рынки. Увы, практически сразу начались проблемы то с водой, то с электричеством, то с сырьем, то со сбытом продукции… И в итоге “Биохим” очень быстро обанкротился, перейдя в собственность Инвестиционного фонда Казахстана (куда попадают все неудавшиеся проекты, профинансированные государством). В 2016 году бывший аким Северо-Казахстанской области Ерик СУЛТАНОВ пообещал, что предприятие будет восстановлено, а в 2017-м о том же заявил нынешний глава региона Кумар Аксакалов. Одним словом, акимы в Северном Казахстане меняются, а проблемы “Био­хима” остаются. И самое главное - Инвестиционный фонд сумел найти новых владельцев для “Биохима” и продал предприятие за 7 миллиардов тенге. Вот такой бизнес по-казахстански: Банк развития вложил в завод 60 миллионов долларов, а спустя 10 лет получил назад двадцать. Причем часть предприятия выкуплена одной из дочерних компаний “КазМунайГаза”, то есть фактически в БРК ушли государственные деньги, только из другого кармана. Хотя в многочисленных публикациях российской прессы проблемы с “Биохимом” называли не иначе как рейдерским захватом со стороны казахстанских чиновников. В итоге завод оказался никому не нужен: не без труда с участием госкапитала ему нашли владельца. И то не факт, что новые хозяева смогут поднять предприятие с колен.


Другой “прорывной” проект Сутягинских - кремниевый завод “Силициум”, построенный в Карагандинской области, также был частично профинансирован БРК. Из 179 миллионов долларов этот банк дал ровно треть - порядка 60 миллионов. Оставшуюся сумму добил БТА Банк, в то время возглавляемый Мухтаром АБЛЯЗОВЫМ. Причем говорят, что Сутягинские с ныне беглым олигархом не только делали общий бизнес, но и поддерживали близкие отношения. И как бы смешно это не звучало, но и “Силициум” провалился по всем фронтам - завод, запущенный в 2010 году, на проектные мощности так и не вышел, соответственно, вернуть кредиторам их деньги не смог.
Лишь в прошлом году “Силициум” был официально признан банкротом, поскольку предприятие не может обслуживать кредиты, а кроме того, у него миллиардные долги по заработной плате и налогам. В связи с этим межрайонный экономический суд Карагандинской области запустил процедуру банкротства, решение впоследствии было утверждено вышестоящими инстанциями и вступило в силу. Вот так закончилась история еще одного “успешного” проекта Сутягинских.
Так какие же деньги Михаил Сутягинский хочет вернуть? Банк развития Казахстана вложил в два его проекта более 120 миллионов долларов, вернул пока лишь двадцать, но оставшиеся сто точно уже не получит. БТА Банк под руководством Аблязова вложил в “Силициум” тоже порядка 120 миллионов долларов, и эти деньги акционеры банка уже не увидят. Более того, как выяснилось впоследствии, вот таких “силициумов” с сутягинскими у Мухтара Кабуловича было очень много. И неудивительно, что в итоге БТА Банк пришлось выручать государству, вливая в него деньги Нацфонда. После этого активы банка перешли в Казком, но и он не справился с “наследством” Аблязова, и государству вновь пришлось предпринимать меры по спасению всей банковской системы. То есть за провалы вот таких “бизнесменов-рационализаторов”, как Сутягинские, в итоге расплачиваются простые казахстанцы. И теперь один из братьев заявляет о возврате “своих” денег? Вы верните сначала наши миллионы: 100 - в БРК, 120 - в БТА (он же Казком, он же теперь Халык Банк)! Это без учета процентов, пени и тому подобного…
И это только экономические последствия от пребывания семьи Сутягинских в Казахстане. Есть еще и уголовные - старший брат Александр, занимавший должность генерального директора “Силициума”, был осужден за организацию заказного убийства своего друга, кума и делового партнера Михаила Гаркушкина. Преступление в итоге было инсценировано с подачи полицейских, но от ответственности бизнесмен не ушел. Дали Александру Александровичу 12 лет, но апелляционная инстанция в лице судьи Кульпаш УТЕМИСОВОЙ посчитала: раз Гаркушкин не умер, то и сажать Сутягинского-старшего не стоит. И заменила ему реальный срок на условный. Сан Саныч после этого покинул территорию Казахстана, не дождавшись решения следующей инстанции, вновь постановившей вернуть его за решетку. Где он сейчас скрывается, никто не знает. А вот судья Утемисова в 2014 году сама получила срок за вынесение заведомо неправосудного решения. Она, кстати, впоследствии добилась уменьшения наказания и уже вышла на свободу.
И вот представьте: люди с таким прошлым не стесняются предъявлять какие-то претензии Казахстану! То есть у нас в стране можно ограбить пару банков (один из которых государственный), заказать и оплатить убийство, добиться неизвестно каким способом нужного для себя судебного решения, а потом… потребовать выплату каких-то денег! Так что не стоит удивляться, если в ближайшее время Лондонский или еще какой-нибудь арбитраж попытается арестовать активы Казахстана в интересах кого-нибудь из братьев Сутягинских. Тем более есть ощущение, что они заручились поддержкой кого-то из больших людей в своей стране. Не случайно Михаил Сутягинский говорит в том же интервью “Ведомостям” о новых проектах с Горным университетом. А чей это университет, в Москве и Санкт-Петербурге об этом прекрасно знают…

Михаил КОЗАЧКОВ, Алматы

Поделиться
Класснуть