Фура преткновения

Вступившее в законную силу судебное решение по делу о смертельном ДТП на трассе Самара - Шымкент стало наглядным примером того, что принцип "Закон и порядок" работает не только на бумаге.

Эта история началась почти год назад - 16 марта 2025 года, когда трагедия на трассе в Иргизском районе Актюбинской области унесла жизнь пенсионера органов прокуратуры Ерлана УБАШЕВА.

Как было установлено, Убашев, управляя автомобилем Nissan Teana, практически лоб в лоб столкнулся с выехавшим на встречную полосу большегрузом Renault Magnum, за рулем которого находился Алей КУРБАНОВ.

Удар оказался фатальным: несмотря на сработавшие подушки безопасности, Ерлан Убашев погиб на месте.

Почти сразу после аварии расследование пошло по странному и тревожному сценарию. Вместо очевидной версии о нарушении со стороны водителя фуры дознаватели попытались переложить ответственность на погибшего. Позже выяснилось, что на счет одного из офицеров поступил денежный перевод от Курбанова (см. "Прошу защитить закон!" на сайте time.kz).

Несмотря на тяжесть последствий и явные признаки преступления, уголовное дело долго не передавали в суд. Лишь в конце 2025 года материалы наконец поступили на рассмотрение.

На судебном процессе Алей Курбанов вину не признал. Он заявил, что 14 марта выехал из Алматы в Москву с грузом, а в ночь аварии в Иргизском районе начался туман. По его словам, скорость фуры не превышала 70 км/ч, впереди идущий грузовик резко затормозил и стал смещаться вправо. Курбанов утверждал, что тоже снизил скорость, но продолжал движение и якобы уже на своей полосе увидел Nissan Teana.

После столкновения, рассказывал он, подошел к легковому автомобилю, пытался привести водителя в сознание, но тот не реагировал. Курбанов предположил, что Убашев мог быть не пристегнут. Он также утверждал, что тормозных следов от легкового автомобиля на месте не было.

В суде появились и свидетели защиты, заявившие под присягой, что Ерлан Убашев якобы находился за рулем в состоянии алкогольного опьянения. Эта версия выглядела особенно цинично на фоне медицинских фактов: врачи категорически запрещали Убашеву употреблять спиртное из-за цирроза печени.

Вдове погибшего Мадине КУРМАНОВОЙ пришлось пройти практически через все круги бюрократического ада. Ее долго не признавали потерпевшей, и она направила десятки жалоб в различные государственные органы. Лишь с большим трудом ей удалось добиться передачи расследования из Иргизского районного отдела полиции в департамент полиции области.

По словам семьи, дознаватель Азамат БОЛАТУЛЫ и его руководитель - начальник управления дознания ДП Актюбинской области Эльмира СУЛИКАНОВА неоднократно настаивали на версии о виновности погибшего.

Полицейская версия, однако, не убедила судью суда №2 города Актобе Нурлана БАКТЫГАЛИEВА. Показания Курбанова и его свидетелей суд расценил как линию защиты. Их слова были опровергнуты совокупностью доказательств, показаниями других свидетелей и материалами дела.

В суде Мадина Курманова заявила, что ее муж не употреблял алкоголь, соблюдал строгую диету, а после аварии у него пропали дорогие часы. Она просила назначить максимальное наказание и взыскать 50 миллионов тенге в качестве компенсации морального вреда.

Братья погибшего рассказали, что после похорон обращались к заместителю начальника областного департамента полиции по следствию Галыму БАЙЖАНОВУ, требуя объективного расследования.

- Дело передали дознавателю ДП, но его начальник Суликанова руководила расследованием необъективно, только после вмешательства МВД дело приобрело общественный резонанс, Курбанов был взят под стражу, - заявил в суде старший брат погибшего Нуран УБАШЕВ.

В суд были вызваны и сами сотрудники полиции. Азамат Болатулы сообщил, что лишь собирал первоначальные материалы и назначал экспертизы, а один из свидетелей якобы утверждал, что ранее видел Убашева пьяным.

Эльмира Суликанова, в свою очередь, заявила, что не понимает причин передачи дела из района в департамент полиции и что никогда не утверждала, кто именно виновен в ДТП.

- Я 24 года проработала в органах дознания, а меня сняли с занимаемой должности за бесконтрольность, якобы я лоббировала интересы Курбанова, это было решение МВД. К Болатулы по работе вопросов не возникало, - заявила Суликанова.

Несмотря на все попытки запутать картину, суд признал Алея Курбанова виновным. Он был приговорен к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии-поселении. Суд также взыскал с него компенсацию морального вреда: по 3 миллиона тенге в пользу брата и сестры погибшего, 5 миллионов тенге - в пользу вдовы, а также иные судебные издержки.

Адвокаты Курбанова подали апелляционную жалобу, заявив, что приговор "не соответствует фактическим обстоятельствам дела".

- Взысканный в пользу потерпевших моральный вред не соответствуют критериям разумности, справедливости и соразмерности. Судом не приняты во внимание физическое состояние водителя Убашева, собранные по делу доказательства недостаточны для установления вины Курбанова…" - цитата из апелляционной жалобы.

По сути, защита вновь попыталась переложить ответственность за ДТП на погибшего.

Однако и эта попытка не увенчалась успехом. Судья Актюбинского областного суда Малибай КОСУМБЕТОВ оставил приговор без изменений. Аргументация апелляционной инстанции заняла почти десять страниц и сводилась к однозначному выводу: Алей Курбанов нарушил правила дорожного движения, что и привело к гибели человека.

Сразу же после публикации в нашей газете про этот вопиющий случай в МВД была назначена служебная проверка. Не дожидаясь ее завершения, Эльмира Суликанова подала рапорт об уходе на пенсию. Дознаватель Болатулы был понижен в должности и переведен в соседний районный отдел полиции.

История, начавшаяся с попытки сделать виновным погибшего, закончилась судебным решением, которое расставило все точки над "i". В этом случае закон все же оказался сильнее ведомственной солидарности.

Тохнияз КУЧУКОВ, Алматы