694

Ты только не теряйся…

Асем КАПАНОВА из Актобе служит в полиции, а в свободное время занимается поиском потерявшихся людей

Ты только не теряйся…
Асем КАПАНОВА.

Вообще-то Асем работает в отделе обеспечения и к розыску отношения не имеет. Но при этом Капанова вот уже три года является поисковиком-добровольцем и состоит в сообществе Zello Poisk, которое объединяет 25 активистов. Благодаря им только в прошлом году было отработано свыше 300 заявок и найдены более 250 человек. Волонтеры с готовностью откладывают семейные дела и нередко отпрашиваются у начальства с работы, чтобы помочь совершенно незнакомым людям. И все ради того, чтобы услышать два слова: “Найден, жив”.

- Это сейчас я в полиции, а в 2018-м преподавала иностранный язык. Однажды в одном из городских пабликов я увидела объявление о наборе поисковиков-волонтеров, - вспоминает 23-летняя Асем. - Это был тот случай, про которые обычно пишут: “Услышала и откликнулась сердцем”.

Через час девушка уже разговаривала с координатором, затем последовали тренинги. К первому поиску Асем готовилась тщательно, но, к сожалению, человек, которого она искала с другими добровольцами, через двое суток был найден мертвым. Это была пожилая женщина, которая уехала, не сообщив об этом никому. Телефон ее был недоступен, и бабушка даже не знала, что ее разыскивают. Пропавшую искали по всей округе даже с собаками, а нашли… на заднем дворе собственного дома. Судя по признакам, женщина вернулась домой и от неудачного падения умерла.

                                                               ***

Последующие поиски оказались более счастливыми. Людей находили на съемных квартирах, у друзей, у незнакомцев, в подвалах, на улицах, в парках. С ними после случившегося всегда работают психологи, поскольку нередко люди бегут от насилия в семье, конфликтов, а порой даже от чрезмерного комфорта и заботы.

Волонтеры-поисковики должны знать правила оказания первой помощи.

- Не только финал, но и процесс поис­ков всегда вызывают сильные эмоции, поэтому так важна в работе поисковика психологическая устойчивость, ведь не всегда пропавших находят живыми, - говорит Асем. - Еще нужна физическая подготовка - приходится много ходить, при необходимости спускаться в ямы и канавы, поднять и нести найденного. И быть готовым выйти на поиски при любых обстоятельствах - без разницы, в постели ты или в гостях, когда тебе позвонили. Поэтому в поисковики отбирают тех, кто ведет трезвый образ жизни - нельзя, чтобы от тебя пахло алкоголем, если ты пришел прямо с вечеринки в дом, где пропал человек, и нужно общаться с его родными.

А еще не все работодатели готовы отпускать сотрудника на поиски по первому вызову координатора. Асем в этом плане повезло. Полицейское начальство поощряет ее волонтерство.

- В месяц в среднем к нам поступает 30 заявок. В ноябре, к примеру, мы получили 21 заявку от родственников пропавших. К счастью, 16 из них были найдены живыми и невредимыми, одного, увы, мы обнаружили мертвым, по четырем заявкам работы продолжаются, - говорит волонтер.

                                                                 ***

Больше всего поиски осложняет, по признанию Асем, позднее обращение родных пропавшего в правоохранительные органы. Особенно, подчеркивает девушка, нельзя медлить, когда дело касается детей, стариков и людей с психическими отклонениями.

Асем удивляет такой парадокс: когда они ведут поиски, горожане с готовностью откликаются, живо делятся наблюдениями, проявляют желание помочь, и в то же время редко кто подойдет к лежащему на земле человеку, проявит бдительность, заметив чье-то необычное поведение, либо обратит внимание на ребенка без сопровождения взрослых.

В любую погоду они готовы выйти на поиски.

- Был случай, когда пропал дед. Ушел за мясом и не вернулся. Выяснилось, что он пошел в один магазин, там не было нужной вырезки, и бабушка послала его в другое место, а оттуда еще куда-то. В итоге дед завернул между домами, упал, ударился и потерял сознание. Телефон, как назло, разрядился. Бабушка рыдает, мол, может, машина сбила или ограбили, избили. А дед наш пролежал два часа, редкие прохожие даже не поинтересовались его состоянием. Когда мы нашли его, он брел по улице, еле держась на ногах. На голове огромная гематома. Привели его домой, а он виновато так произносит: “Марусь, я мяса не нашел”, - вспоминает Асем. - Бабушка на радостях начала совать нам подарки. Мы отказались.

После успешных поисков родные найденных нередко предлагают деньги, но волонтеры работают бесплатно и не берут за свои услуги ни тиына. Бывает и наоборот.

- Нередко родные не идут на контакт, скрывают важные факты, дают неполные, а то и недостоверные сведения, - отмечает Капанова. - А нам важно знать, что предшествовало уходу человека из дома, чтобы определиться с методами поиска. К примеру, если человек исчез после конфликта, то бесполезно его искать в торговых домах, парках и местах развлечений. Первым делом нужно начать отрабатывать высотки, съемные квартиры, разговаривать с таксис­тами, работниками вокзалов.

Поисковик не советует родным пропавшего бежать в первую очередь к гадалкам.

- Из-за гадалок можно потерять время, а для поисков дорога каждая минута. За три года моей волонтерской работы, признаюсь, было два случая, когда гадалки попали прямо в яблочко. В остальных случаях - сплошной бред. Но мы не работаем с ними, - говорит Асем.

                                                               ***

Асем не скрывает: был у нее трагический случай, из-за которого она до сих пор испытывает чувство вины. Это двойной суицид, когда парень и девушка выбросились с балкона 25-этажного дома.

- Тогда мы прочитали личную переписку девушки с незнакомым парнем. Выяснилось, что у нее был конфликт со взрослыми, - рассказывает волонтер. - Девочка условилась встретиться с парнем в 25-этажке. Потом они передумали, поскольку та квартира, которую хотел снять молодой человек, оказалась холодной.

После этого биллинг телефонных звонков показал, что ребята находятся в соседнем микрорайоне, в трех остановках от 25-этажки, после чего они отключили мобильные. Там их и искали волонтеры. Опрашивали буквально всех.

- Далеко за полночь мне напарник предложил вернуться в 25-этажку и поинтересоваться у консьержа, не заметил ли он посторонних. Но я буквально валилась с ног и пошла домой. Через полчаса мне позвонили и сообщили, что пропавшие вернулись в ту злополучную высотку и выбросились с верхнего этажа. Я живу неподалеку от 25-этажки, побежала туда прямо в пижаме. Тела уже увозили, - вспоминает Асем. - Я до сих пор жалею, что не послушала своего напарника. Может, мы бы успели…

                                                               ***

По словам волонтера, не все люди рады, когда их находят. В частности, это касается тех, кто любит бродяжнический образ жизни.

- Они так и говорят: мол, никуда от вас, волонтеров, не спрячешься. Не понимают, что за них тоже переживают, - говорит Асем.

Есть, по словам девушки, периоды, в которые люди чаще теряются. Это осень, зима и весна. Удивительно, но летом редко кто уходит из дома. Разве что дети заиграются и не заметят, как оказались в нескольких кварталах от дома. А иногда их просто находят… под кроватью в детской.

- Был случай, когда к нам поступила заявка о пропаже 8-летнего мальчика. Пришли к нему домой, там крики и плач взрослых. Родители вернулись с работы, а сын исчез! Говорят, что перед этим звонили мальчику каждые полчаса, предупреждали, чтобы сын не покидал пределы двора. Мы с ног сбились, разыскивая ребенка. Кого только ни опросили - никаких зацепок. А ближе к полуночи мальчик нашелся - все это время он спал под кроватью. Ребенок признался, что целый день играл, на улице стояла жара, а дома, по его словам, лишь под кроватью было прохладно. Он там прилег и крепко заснул, - смеется Асем.

Акмарал МАЙКОЗОВА, фото из личного архива Асем КАПАНОВОЙ, Актобе

Поделиться
Класснуть