Кабальная аренда

Это расследование началось с одной странной суммы. Не с громкого тендера, не с утечки документов и даже не с жалобы, а всего лишь с цены одного устройства. Обычного защищенного смартфона, который в рознице стоит чуть больше 100 тысяч тенге. Государство почему-то платит за него в разы больше. Не покупает - арендует. И делает это системно по всей стране.

Недавно мы рассказали об этой схеме на примере Костанайской области. Суть ее в следующем: реализуя программу “Цифровой полицейский”, облдепартамент полиции провел конкурс на предоставление услуги трехлетней аренды так называемых носимых видео­регистраторов. Их количество составило 1036 штук. Это смартфоны марки Samsung, продающиеся на маркетплейсах по цене от 104 тысяч тенге. Сумма конкурса составила 887,2 млн тенге. Несложный подсчет прояснил: каждый взятый в аренду гаджет тянет на 856 с лишним тысяч тенге за штуку. Если бы смартфоны приобретались по розничной цене, они могли бы обойтись бюджету в целом ощутимо дешевле - 107,6 млн. Более чем 780-миллионный остаток - вероятно, стоимость услуг поставщика смартфонов по их поддержке и внедрению в единую цифровую систему.

Однако из чего конкретно сложились эти самые 780 млн тенге, остается тайной: ни одна из описанных в техспецификации позиций не имеет калькуляции, они будто свалены в кучу. Не разберешься, сколько стоит смартфон, сколько - его подключение, сколько - некое мобильное приложение и так далее.

Со стороны кажется, что в этом конкурсе все сделано так, чтобы скрыть истинную стоимость составляющих закупки под личиной банальной аренды. Вот почему в условиях конкурса значится: департамент закупает никакой не товар, а лишь арендную услугу в количестве 1 (одной!) единицы. Смартфонов 1036, а услуга одна. Браво! Не подкопаться. Если не копать, конечно. Вот мы и решили продолжить разбирательства.

                                                                         ***

Сразу скажу: масштаб арендных закупок поражает и захватывает. Оказалось, что в Костанае занимаются этим не впервые. Предыдущая трехлетняя аренда смартфонов, названных носимыми видеорегистраторами, здесь закончилась в прошлом году. Она обошлась бюджету в 380,2 млн тенге. То есть за каждый из 973 взятых во временное пользование смарт­фонов примерно по 391 тысяче тенге. Вот где инфляция видна во всей красе: это же двойная разница с контрактом, заключенным в январе 2026-го!

А как в других регионах?

В Астане аналогичный контракт, действующий до конца текущего года, стоит 378,9 млн тенге. То есть за каждое из 924 устройств там платят примерно по 410 тысяч.

Карагандинская область до конца 2027 года будет арендовать 670 устройств уже по 520 тысяч тенге за единицу. Сумма контракта 348,8 млн тенге.

Чем дальше, тем чудесатее, словно в кэрролловской “Стране чудес”, становится картина при взгляде на юг и запад страны.

Туркестанская область арендует сразу 1438 устройств и платит около 369 тысяч за каждое. Контракт на 531,5 млн тенге.

Атырауская область - 1089 устройств по 369 тысяч. Общая сумма 402 млн 868 тысяч тенге.

Западно-Казахстанская - 800 устрой-ств примерно по 380 тысяч при контракте на 304,1 млн тенге.

Жамбылская область - 968 устройств всего по 359 тысяч за единицу. Сумма контракта 347,5 млн тенге.

И лишь в трех областях стоимость за единицу оказалась одинаковой - примерно по 528 тысяч. Правда, количество смартфонов в каждом из этих регионов не совпало, что и обусловило разные суммы контрактов: в Павлодарской области 337,3 млн тенге за 639 устройств, в Алматинской области - 263,9 млн тенге за 500, а в Жетысу - 356,8 млн за 676 гаджетов. Пардон, по версии участников госзакупок и их заказчиков, все за одну услугу аренды злосчастных смарт­фонов.

                                                                       ***

Получается, в одной и той же стране в рамках одного и того же проекта аренда устройств вдруг может стоить то дороже, то дешевле. В рекордсменах - Костанай, от щедрот бюджетных подписавший контракт по 856 тыс. тенге за один смартфон, а в чис­ле самых бережливых (или бедных?) - Жамбыл с его “несчастными” 359 тысячами…

Если серьезно, мы не нашли в конкурсных документах ответов на вопрос о том, почему разница стоимости в аналогичных контрактах может быть более чем двукратной. Может, искать не умеем? Но тогда просим считать этот материал журналистским запросом в адрес МВД.

Объясните, пожалуйста, и объяснитесь, господа служивые, в чем тут дело, а мы предоставим газетную площадь для пуб­ликации вашего ответа. Тем более что на первую публикацию по этой теме нам не прислали ни ответа ни привета.

Ну а пока считаем шокирующую разницу между минимальной и максимальной ценой не погрешностью, а системным разрывом в сфере госзакупок.

Логика рынка проста: чем больше партия, тем ниже цена. Но здесь эта логика периодически перестает работать, так как более крупные закупки совершаются по более высокой стоимости. Это может означать одно из двух: либо рынок не работал, либо цена была известна заранее.

                                                                ***

Есть и другой, еще более неудобный вопрос: что остается у государства пос­ле всех этих платежей? А ничего: аренда не формирует государственный актив. Смартфоны не переходят на баланс. Контракт заканчивается - устройства уходят. И начинается новый платежный цикл. Фактически государство подсадили на технологическую абонентскую плату. Выглядит все именно так.

И это тогда, когда нам регулярно напоминают: времена нынче непростые, ресурсы ограниченны, нужно потерпеть. Но все видят сферу, на которую режим экономии не распространяется, - это правопорядок. Точнее, его цифровая версия, которая за последние годы превратилась в один из самых устойчивых каналов бюджетных расходов.

Когда запускали систему Единого реестра административных правонарушений, государство действовало рационально. Платформа находилась в госоргане, серверная инфраструктура была государственной, программное обеспечение - централизованным. Для дорожной полиции тогда просто закупили планшеты: без аренды, без подписок, без многолетних обязательств. Купили, поставили на баланс и работали. Именно так обычно и выглядит цифровизация, когда технологии становятся активом государства.

Но затем появился проект с громким названием “Цифровой полицейский”. Платформа управления устройствами осталась там же, в центральном аппарате МВД, на той же государственной инфраструктуре. С точки зрения IT ничего революционного не произошло: серверы те же, система та же, задачи те же. Все уже создано и оплачено. И именно в этот момент случился почти незаметный, но принципиальный поворот: технику перестали покупать. Ее начали арендовать. Массово. Централизованно. На миллиарды тенге.

Насколько это рационально и экономически оправданно, непонятно пока. Нужно дальше разбираться.

Стас КИСЕЛЁВ, Костанай

Читайте также:

Полицейский - цифровой и дорогой: как аренда спецсредств оказалась в восемь раз дороже покупки