5228

Дом - это не “тойота камри”

Обязательное страхование недвижимости. Сработает ли?

Дом - это не “тойота камри”

За последние полгода наша страна пережила уже несколько потрясений. Зимой пару раз хорошенько тряхнуло Алматы. Теперь вот паводки. Государство в этот раз берет восстановление домов для пострадавших на себя. Но Касым-Жомарт ТОКАЕВ предложил уже сейчас задуматься о развитии в Казахстане системы страхования имущества от стихийных бедствий. Как сделать эту систему не кормушкой для страховых компаний, а доступным и реально работающим механизмом помощи, случись что?

В чьих карманах сейчас страховой полис?

Страховая компания “Евразия”, ссылаясь на Бюро нацстатистики, делится цифрами: на начало года в стране зарегистрировано 2,21 миллиона индивидуальных домов и 5,89 миллиона квартир. 1,11 миллиона из них приходится на Алматы. Здесь же зарегистрировано 388 тысяч частных жилых построек. И если в этом городе произойдет разрушительное землетрясение, объясняет зам­председателя правления СК “Евразия” Нуржан ДЖАНТУРЕЕВ, то никакого бюджета страны и Нацфонда не хватит на восстановление жилья, компенсации пострадавшим. Ущерб будет гораздо выше, чем сейчас натворили паводки в нескольких областях.

- Уровень страхования недвижимости остается низким. Если учитывать ипотечное страхование, то по всему Казахстану застраховано не более 2,5 процента объектов жилья. Без учета ипотечного страхования застраховано менее одного процента объектов, - подсчитал Нуржан Джантуреев.

Кстати, финансово защитить свою жилплощадь можно прак­тически от всего, кроме последствий военных действий. Но все же именно землетрясение и пожар в комплексной страховке занимают 70 процентов тарифа. Они считаются наиболее вероятными и разрушительными. Есть компании, которые предлагают страховать определенные риски.

- Например, для квартиры стоимостью 25 миллионов тенге, чтобы застраховаться от всех рисков на год, нужно заплатить 40 тысяч тенге, без риска землетрясения - 32 тысячи, без риска пожара - 26 тысяч тенге. У нас пока нет страхового продукта, который защищает только от риска наводнения. До настоящего времени спроса на него не было, - отметил эксперт.

“Зачем мне страховка? Прокормиться бы…”

Если оставить добровольную систему страхования недвижки, то даже после случившихся катаклизмов вряд ли большинство казахстанцев ринутся за полисами. Например, спрос на услуги СК “Евразия” вырос только после алматинских толчков. А паводки страховщики почти не почувствовали. Но в общем и целом эти события не сильно заставили нас бежать в страховые компании. А если не будет массового потока клиентов, то и сумма ежегодного взноса не станет ниже.

Другой вариант - сделать их обязательными по примеру автострахования. Но хозяева недвижимости, предполагает Джантуреев, скорее всего, воспримут это как очередную форму квазиналога, что может вызвать социальное недовольство. Тут важно создать такую систему, при которой стоимость полиса будет доступна большинству, а механизм выплат будет работать быстро и безотказно.

При этом неизбежно всплывет уйма проблемных вопросов. Например: каков наш реальный жилой фонд? В статистике-то учтены те дома, которые официально зарегистрированы. А у нас, замечает председатель Ассоциации страховщиков Казахстана Виталий ВЕРЕВКИН, особенно в селах, не все имеют на руках документы на свои “квадраты”. Как тогда просчитывать объемы объектов для страхования?

- А как потом проконтролировать каждого, застраховал дом или нет? Вот автовладельцев достаточно легко промониторить. Выехал на дорогу без страховки - остановила тебя дорожная полиция и оштрафовала. А в отношении недвижимости? Кто будет ходить по селам и проверять, застрахованы ли дома? - задается вопросами Виталий Веревкин.

И главное, все ли смогут осилить ежегодный взнос в страховую? Кто-то сможет раскошелиться на десятки тысяч, другим же, говорит Веревкин, семью бы прокормить да одеть. А для бабушек-дедушек такая сумма и вовсе половина пенсии. В общем, кто будет платить за казахстанцев из категории социально уязвимых слоев населения (СУСН)? Нужно учитывать и географию страны.

- Кто за что и сколько будет платить? У нас ведь не во всех компаниях есть отдельные продукты страхования. И что получается? Я, как житель Алматы, где нет наводнений, должен платить за сельчан из того же северного, западного регионов, где риски затопления каждый год? Они же и будут получать страховые ежегодно. С другой стороны, они могут сказать: “А почему мы должны платить за возможные алматинские землетрясения”? - предполагает эксперт.

Плюс ко всему, продолжает он, в стране немало домов, которые вообще не подлежат страхованию. Например, каркас­но-камышитовые избушки или даже капитальные, те, что построены до 1968 года. Как быть их жильцам?

А если жилье в селе, которое из года в год топит? Ни одна страховая за него не возьмется. Потом, это у “тойоты камри” одного года выпуска приблизительно одна и та же цена что в Атырауской области, что в Жетысу. А стоимость жилья в этих же регионах будет колоссально отличаться. То есть нужно будет покорпеть над математикой и статистикой сбора премий, выстроить такую систему, которая сможет покрыть все риски.

А еще, добавляет Веревкин, далеко не все компании на рынке готовы браться за массовое страхование. Продать полис - это одно, а вот выплатить по страховому случаю - другое.

- Есть такая вещь, как меж­дународное перестрахование рисков. То есть если вдруг компании нужно будет выплачивать деньги в большом объеме, то ей помогут страховые со всего мира. Но это тоже стоит денег. Допустим, компания берет 40 тысяч тенге от клиента и, грубо говоря, 30 тысяч из них отдаст на перестрахование. Не все компании готовы пойти на это, соответственно, большой вопрос, смогут ли они участвовать в массовом страховании, - объясняет председатель Ассоциации страховщиков.

Какая нам нужна модель?

Есть мировой опыт. Например, в Кыргызстане, кивает в сторону соседа Веревкин, уже действует обязательное страхование недвижимости. И за работу системы отвечает гос­оператор. В США, приводит другой пример Джантуреев, ежегодные взносы добровольные, но с 1960-х годов здесь запустили федеральную программу субсидирования страховых тарифов. Она ориентирована на жителей регионов с высоким уровнем риска стихийных бедствий, то есть в тех же округах на юго-востоке США, где часто разгуливают тропические циклоны, взносы стали бы непосильными.

- Во многих других странах страховые компании фактически размером тарифа стимулируют приобретать жилье в местах и районах, подверженных атакам стихии в меньшей степени. Хочешь жить на побережье океана или в русле реки - будь готов платить больше за страховку дома, - добавил спикер.

Нашу систему обязательного страхования, считает Веревкин, эффективной тоже может сделать государственно-частное партнерство. Как вариант, правительство может взять на себя субсидирование части стоимости взносов, хотя бы для казахстанцев категории СУСН. Плюс ко всему, говорит он, можно пока внедрить модель минимального страхования.

- Будь у тебя особняк в 500 “квадратов” или квартира-студия в 20, не важно. Обязательная страховка покроет минимальную часть. Ее хватит, чтобы приобрести те же 33 “квадрата”, положенных по нормативу, чтобы элементарно человек не остался без крыши над головой. Если хочешь получить сверх лимита, тогда уже по желанию доплати за страховку. И хорошо бы включить в страховой продукт опцию по возмещению расходов на аренду жилья, пока вы ищете для покупки новое, - подсказывает эксперт.

Чтобы сделать даже минимальный ежегодный взнос посильным для всех, предлагает Веревкин, можно разделить всю сумму на год и выплачивать ее ежемесячно вместе с оплатой коммунальных услуг. Компании же реально смогут провести выплаты, если использовать пулинговый механизм распределения рисков. Это когда клиент заключает договор не с одной компанией, а с несколькими. Сейчас такая система запускается в сегменте обязательного страхования медиков.

- Есть терапевты, онкологи, хирурги. У каждого разная степень риска. Вероятность, что пациент умрет на операционном столе, выше, чем на приеме у лора. И тут, чтобы страховщики не отказывались или не завышали цену докторам с высоким риском, как раз сработает механизм пулинга. Пул включает от двух до 14 компаний. Они собирают премии и распределяют риски между собой. При наступлении страхового случая все не ляжет на одну компанию. Ответственность будут нести все участники пула. То есть мы можем участвовать в солидарной системе создания фонда, который сможет покрыть убытки.

Елена БАХАРЕВА, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть