472

Вылечить дистрофика

Ну вот, выборы прошли, как бы с чистого листа открывается новый семилетний президентский срок, за который много чего еще случится разного непредвиденного. Однако есть такая стержневая линия, идущая из уже освоенного нами прошлого в скрытое пока будущее, вокруг которой точно будут закручиваться все возможные сценарии. Это цены и их пугающе неостановимый рост. Точнее, двойной рост, поскольку к привычной нам внутренней инфляции в коридоре 8-10 процентов добавляется еще столько же за счет инфляции уже и мировой валюты - доллара.

Вылечить дистрофика

Индекс потребительских цен в октябре по сравнению с декабрем 2021 года составил 117,2 процента. Цены на продовольственные товары повысились на 21,2 процента, на непродовольственные - на 16, платные услуги для населения выросли на 12,6 процента.

А цены для жизнедеятельности экономики - это как температура тела для человека: повышенный уровень свидетельствует о болезни. Но медикам-то хорошо, у них налажена система диагностирования и врачебной специа­лизации. Когда на термометре, допустим, на два градуса выше нормальных 36,7, точно известно, какое жаропонижающее надо вколоть немедленно, а после - на анализы. По их результатам ставится диагноз, и далее уже понятно, к какому специалисту - урологу, гинекологу или кардиологу - надо отправлять пациента.

С ценами не так просто - не знаешь даже, в какую скорую помощь звонить. Если верить закону о Национальном банке (конституционного, кстати сказать, уровня), это именно его, Нацбанка, главная и притом единственная задача - обеспечивать стабильность цен. Но там работают святые люди, которые отвлекающих бумаг не читают и за цены не только не отвечают - даже не интересуются.

Если не верите, зайдите на сайт Нацбанка и попробуйте там что-нибудь найти.

Министерство национальной экономики… оно и к самой-то экономике имеет относительное касательство. Пока Агентство по статистике было в его составе, там рост цен хотя бы отслеживался. Сейчас бюро национальной статистики завели под АСПиР - Агентство по стратегическому планированию и реформам, а где само планирование и где реформы, неизвестно.

Ну что же, поскольку до профильных ведомств и специа­листов не достучаться (да и есть ли они в стране?), займемся самолечением. Благо анализы все же имеются: статбюро, под кем бы оно ни было, работает четко. Цены - они ведь сами по себе ни о чем не говорят, важна способность покупателя по таким ценам приобретать необходимое. И вот вам на основании не нами придуманной, а взятой с официального сайта статистики диагноз: ценовая дистрофия. Усредненным дистрофиком здесь выступает все население Респуб­лики Казахстан, начиная с тех 162 персон, которым принадлежит большая половина национального благосостояния, и заканчивая теми, кому приходится существовать менее чем на 50 тысяч тенге в месяц.

Коллаж Владимира КАДЫРБАЕВА

Так вот, на весь такой колхоз, по данным за второй квартал 2022 года, среднедушевые месячные расходы составили 75,1 тысячи тенге. Из них на пропитание ушло по 38,6 тысячи тенге на человека, на непродовольственные товары потрачено 17,6 тысячи, платные услуги обошлись в 12,9 тысячи, а на помощь родственникам вмес­те с алиментами выделено 1,4 тысячи тенге. Плюс на расчеты по кредитам, включая никогда их не бравших стариков и младенцев, в среднем уходит по 4,4 тысячи тенге в месяц. Итого, если брать абсолютные величины, население выплачивает банкам и микрокредитным организациям триллион с лишним тенге за год. А вот в налоговых отношениях с государством казахстанцы практически не состоят: на душу населения в месяц приходится 82 тенге - меньше, чем за разовую парковку. Как государство к гражданам, так и граждане к государству.

Очень важный показатель: сколько из всего так или иначе получаемого людям хватает, как раньше говорилось, от получки до получки? А сколько удается откладывать на более фундаментальное: приобретение или расширение жилплощади, садового участка, покупку ценных бумаг или пополнение счета в банке? Приход капиталистических времен привычку к жизни “с колес” только усугубил: 92,1 процента всего, что казахстанцы получают, они тут же тратят.

Если брать именно население, то страна живет фактически без запаса, от сих до сих. И вот в какой пропорции: на пропитание (цены на которое растут быстрее всего) уходит 55,8 процента от потребительских расходов, 25,5 процента - на непродовольственные товары, 18,7 процента - на оплату коммунальных счетов. А доля расчетов по кредитам - 6,4 процента от всех расходов населения, не катастрофично, но уже почти критично. Есть еще алименты и помощь родственникам, но это можно не учитывать.

Итак, считаем: 55,8 + 18,7 + 6,4 = 80,9 процента среднеказах­станского семейного бюджета уходит только на то, чтобы поесть, оплатить крышу над головой и рассчитаться по кредитам, чтобы банк не отобрал заложенную жилплощадь. Это, знаете ли, уже не бедность, а именно экономическая дистрофия! Причем не только населяющих нашу страну людей - всей национальной экономики. Вернее, той части национальной экономики, которая работает на внутренний рынок, по той объективной причине, что единственным конечным покупателем на казахстанском рынке является проживающий здесь человек. И если у этого человека денег хватает только на то, чтобы поесть и прожить, никакой здоровой экономики на таком дистрофическом костяке не нарастить!

Так вот о той самой национальной экономике, внутренняя часть которой катастрофически дистрофична. А внешняя? В медицине сейчас чудеса творит раскрывающая все внутренние срезы организма томография. Сделаем такой томографический разрез и мы. И опять не будем ничего выдумывать - возьмем прямую цитату (тоже за второй квартал) статбюро: “В структуре ВВП оплата труда составляет 30,9 процента, налоги на производство и импорт - 10,6 процента, и основная доля - 58,5 процента - приходится на валовую прибыль”. Все на своих местах: на свои заработки казахстанцы могут приобрести (с учетом и бюджетных добавок) не более 33-34 процентов всего производимого в стране, а две трети достаются получателям той самой валовой прибыли, которая, разумеется, приходится на внешний сектор - экспортно ориентированные сырье­добывающие корпорации.

Добавим, что 30,9 процента доли труда в ВВП - это вместе с как-то высчитываемыми статис­тиками заработками самозанятых. А если по отчетности ЕНПФ, то доля легальных зарплат в валовом национальном продукте в два раза меньше. Еще добавим, что забирающие себе в виде прибыли две трети валового национального продукта корпорации экспортируют богатства тех самых недр, которые с июня этого года принадлежат народу Казахстана.

В этом смысле строго на своих местах и расписанная по госструктурам ответственность за цены: круговая порука безответственности! Национальный банк - главный ответственный за разгон внутренней инф­ляции и удушение внутреннего производства (об этом мы еще поговорим) - единственный как бы отвечает за ценовую стабильность. А в правительстве - тщательно расписанное увиливание. Минторг не отвечает за платежеспособность внутреннего рынка, возможно, они и слова такого не знают. Во всяком случае, вслух не произносят. Министерство труда и социальной защиты населения не отвечает за уровень оплаты труда, за достаточную наполненность прожиточного минимума и за то, что можно купить на среднюю пенсию. Ничего этого нет ни в ведомственной отчетности, ни в речах руководителей.

Нет, мы с вами не станем утверждать, что это делается осознанно, по групповому сговору в целях мас­кировки той части не совсем национальной экономики, которая выстроена на вывозе за рубеж не только богатств недр, но и большей части валовой прибыли.

Давайте считать, что правительство просто не совсем еще разобралось со своими обязанностями и ответственностью, а потому прошедшие выборы - хорошая стартовая площадка для формирования самой актуальной по нынешним кризисным временам правительственной политики, которую мы бы назвали “Цены - стоп, зарплаты - вперед!”.

Пётр СВОИК, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть