3664

Дураки и тарифы

Потрясающая и весьма поучительная для нас битва разворачивается сейчас на газовом рынке Европы: битва между монополией и конкуренцией, между предпринимательским и политическим интересом. А мы из этого сражения можем раз и навсегда уяснить для себя, чем электричество отличается от газа, и набраться опыта.

Дураки и тарифы

Только представьте: раскинутые на тысячи и тысячи километров, прон­зающие горы и моря газовые магистрали, на одной стороне которых неимоверное количество добычных скважин, паутины сборных коллекторов, очистные установки, малые, средние и гигантские компрессоры, собирающие и качающие продукт через страны и континенты, а на другой - тоже гигантские, средние и малые распределительные и компрессорные станции, обходные шунты и резервирующие перемычки, раздаточные сети на сотни, а то и на тысячи километров и бессчетное количество крупных, средних и массовых потребителей.

С добывающей стороны система не терпит дергания, нуждается в стабильных и надолго запланированных режимах, с другой стороны ежесекундно реагирует на все: как светит солнце и дует ветер, какая температура на улице, зима или лето, рабочий день или выходной. Хорошо, что выручают подземные газовые хранилища, которые только и позволяют выглаживать суточные неравномерности и создавать запасы на зиму.

А где транснациональная экономика, там и геополитика. Вот на газовом рынке Евросоюза и схлестнулись экономически и политически стороны (а заодно и страны) производства и потреб­ления. Европа, собрав команду опытнейших энергетиков, экономистов и политиков, на протяжении нескольких лет тщательно разрабатывала и утверждала директивы конкурентного устройства газового рынка, суть которых - уход от двусторонних долгосрочных контрактов: объемы и цены продаж-покупок определяются здесь и сейчас, на спот-торгах, где спрос и предложение выравниваются наилучшим образом. ­Команда специалистов мощнейшая, а если прямо сказать - сборище дураков. Потому что могли бы сообразить: в Москве, Питере в замечательную конкурентную игру могут сыграть строго по придуманным в Брюсселе правилам, но под противоположный интерес.

Лето в Европе случилось жарче обычного, зато ветер дул слабее привычного плюс задержка с СП-2, вот вам и пожалуйста: заполнение подземных хранилищ перед зимой отстает, а цены на спот-рынках четырехкратные. “Газпром” же хладнокровно комментирует: все подписанные контракты выполняются, бегать же на текущие торги и продавать ежедневными порциями он не собирается - по европейской директиве это его право, но не обязанность. А если и собирается так торговать, то у себя в Санкт-Петербурге - добро пожаловать.

А что же здесь поучительного для нас?

Вообще-то мы хотим наложить европейский газовый пример на казахстанскую электро­энергетику, потому что газовые и электрические системы - это едва ли не полная аналогия. С одной лишь принципиальной разницей: если газ худо-бедно сжимается-расширяется и к тому же его есть куда закачивать про запас, то электричество упруго абсолютно, а резервуаров для его хранения в существенных для энергосистемы масштабах не придумано. Поэтому электроэнергетика, охватывающая даже более протяженные межгосударственные пространства и обеспечивающая не менее разнообразных потребителей более жизненно важным товаром, представляет из себя предельно жесткую диспетчерскую систему: она вынуждена дергаться в такт ежеминутным, ежесуточным, ежесезонным и прочим набросам-сбросам нагрузки в зависимости от самых разнообразных природных и человеческих проявлений.

А потому разработка такой директивы для рынка электроэнергии, чтобы самим не оказаться в дураках, - непростая задача даже для искусных специалистов.

Но прежде чем посмотреть, как это решается в энергосистеме Казахстана, продолжим европейскую аналогию на нашей системе газоснабжения. А она у нас, скажем сразу, совсем неплоха и устроена не по-дурацки. Да, сетями природного газа охвачены пока не все регионы, но развитие идет, причем роль Казахстана как транзитного государства для подачи туркменского и узбекского газа в Россию, а теперь и в Китай удачно совмещается с развитием собственных магистралей (газопровод “Сары-Арка”, например) и собственной газодобычи, которой, между прочим, достаточно для полного покрытия внутреннего потребления плюс кое-какого экспорта в Китай, и здесь тоже есть перспектива. Есть и собственное подземное хранилище Бозойское, играющее ключевую роль на связке западных и южных газовых комплексов.

Без дурацких игр выстроен и газовый рынок. Есть единый закупщик у всех производителей и ответственный за магистральные сети. Есть владелец распределительных сетей и единый продавец для всех потребителей. И есть веер твердых отпускных тарифов, разных для бытовых и промышленных потребителей и разных внутри тех и других по направлениям использования газа. Можно спорить, насколько обоснованны разбежки между стоимостью газа, отпускаемого, например, на выработку тепла и на выработку электроэнергии, но это общенациональные тарифы, и они не скачут туда-сюда.

И вообще, ломается и отключается все. Без света, а то и без тепла и воды мы сидим регулярно. А попробуйте вспомнить, когда мы в последний раз оставались без газа, да еще зимой… Вот то-то и оно, что надежнее услуги у нас нет.

Теперь рынок электроэнергии: он весь выстроен на… парных контрактах, без всякой биржевой сутолоки. А торгов в режиме операционных суток, когда выработка как раз и пляшет вслед меняющемуся потреблению, нет вовсе. Пусть европейцы обзавидуются или, на­оборот, осуждающе укажут пальчиком на такой антирынок и вопиющий непрофессионализм.

Это как сказать: схема придумана профессионально, и ее устроители отнюдь не в дураках. В дураках только мы, потребители, да и то отнюдь не все. В проигрыше именно массовый потребитель, все население и весь малый-средний бизнес. А еще рес­публиканский и местные бюджеты, поскольку на остаточные тарифы посажены и все бюджетные организации. Все такие категории имеют самые высокие в каждом регионе тарифы по сравнению с теми, кто потреб­ляет электро­энергию в более крупных объемах и к тому же имеет возможность решать вопросы не в массовом, так сказать, порядке.

А еще в дураках оказалась собственно электроэнергетика: система парных контрактов, растаскивающая по “избранным” потребителям дешевую электроэнергию, перегружает тарифные тяготы на и без того слабо платежеспособное население и некрупный бизнес, лишает электростанции и электросети остро необходимых им средств на реновацию и развитие.

И самое главное - вне игры оказался громадный и действительно конкурентный потенциал торгов балансирующей электроэнергией в каждый час суточного графика. В общем, как показывает жизнь, европейский опыт далеко не всегда самый передовой.

Пётр СВОИК, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее