3461

Следите за руками

Как видимые и невидимые руки электрорынка путем несложных манипуляций из снижения тарифов электростанций делают повышение оплаты для потребителей

Следите за руками
Фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА.

На прошлой неделе СМИ радостной волной сообщили невероятную по нынешним временам информацию: тарифы на электроэнергию с 1 июля будут снижены! Но вскоре радостная весть исчезла с новостных порталов, будто ее и не было. Тем более что в наше электронное время это проще, чем в уходящий бумажно-газетный век, когда написанное пером уже не вырубишь топором.

А почему, собственно говоря, сыгран информационный отбой? Ведь Министерство энергетики своим приказом действительно снизило предельные тарифы для электростанций с 1 июля. И эта волна на понижение по цепочке пересчетов и согласований просто обязана докатиться до потребителей. Или радовать население заодно с малым и средним бизнесом даже по реальным поводам у нас запрещено? Чтобы, допустим, не привыкали.

Кстати сказать, ровно та же информационная мизансцена по тому же поводу - выходу приказа Минэнерго с понижением тарифов для электростанций - возникала два с половиной года назад. И тогда радость была кратковременной: никакого понижения тарифа с другого - потребительского - конца не случилось. А если уж совсем начистоту, то тогда дернутая с одного конца вниз тарифная цепочка отозвалась даже некоторым повышением на другом конце. И здесь, сейчас объясним почему, будет то же самое. А уж коли возник повод разбираться, давайте по порядку по всей тарифной цепочке.

Итак, в основе нашего потребительского тарифа лежит стоимость приобретения электроэнергии у ее производителей по тем самым утверждаемым Минэнерго предельным тарифам на так называемом оптовом рынке. Покупателями на оптовом уровне выступают либо крупные потребители, либо специально созданные сбытовые организации для перепродажи в розницу. А здесь уж кому как повезет. Поскольку все электростанции предлагают абсолютно одинаковый товар, но по объективно отличающимся в разы тарифам, пары продавец-покупатель составляет не невидимая рука рынка, а другая невидимая рука. Невидимая она в том смысле, что в законодательстве ни органа, уполномоченного подбирать, какая электростанция кому продает, ни процедур такого подбора никак не прописано.

Руки как бы нет, но пары как-то подбираются, и мы даже знаем как. Если вам повезло родиться простым гражданином, или субъектом малого и среднего бизнеса, или бюджетной организацией, вы будете прикреплены без права выбора к местному энергосбыту, а таким скупщикам-перепродавцам (они называются гарантирующие) энергия отпускается, что называется, по остаточному принципу. В смысле все не разобранное более родовитыми покупателями. Если по деньгам, то вот эти три категории: физические лица, юридические лица, а среди них еще и бюджетные организации - оплачивают оптовую составляющую конечного потребительского тарифа в зависимости от региона по формуле “от 8-10 тенге за 1 кВт-час или дороже”. Тогда как кое-кто может делать оптовые закупки по формуле “от 3-4 тенге или дешевле”. Заметьте, от 3-4 тенге - это по предельным тарифам. Но кто сказал, что чем-то понравившемуся покупателю тоже надо отпускать по предельной цене? Законодатель сказал лишь, что выше предельного тарифа нельзя, а ниже - пожалуйста.

А теперь, внимание, объясняем вот эти две коллизии с понижением предельных тарифов электростанций, отзывающиеся никаким не понижением, а наоборот, на потребительском конце. Первый раз это произошло с запуском с 1 января 2019 года так называемого рынка мощности. Дело важное и нужное, но пока еще только начинаемое. На рынок мощности перекинули для начала порядка 10 процентов от всех денежных объемов оптового рынка. Вот их-то и исключили из предельных тарифов. Зато с тех пор каждый покупатель оптового рынка доплачивает еще и надбавку за мощность, и пока то на то и выходит. Хотя любая реорганизация, даже с “нулевой суммой”, в конечном счете несет удорожание. Это мы много раз проходили.

Вообще же рынок мощности - это пока для поддержки штанов, так как собираемые на нем деньги идут не на новое строительство, а на доделки на действующих станциях, включая и просто расчеты по образовавшимся после девальвации 2015 года валютным долгам. Но времена, когда надбавка за мощность станет очень ощутимым дополнением тарифа, стремительно приближаются. Готовьтесь!

Теперь нынешняя радость с “нулевой суммой”, которая связана с легализацией надбавки за ВИЭ. А именно: до сих пор замечательно чистую, но убийственно дорогую солнечно-ветровую выработку покупали… традиционные электростанции, растворяя эти деньги в своих затратах и возвращая их себе от нас, потребителей, через те самые предельные тарифы. Покупали, разумеется, не добровольно, а по разнарядке - соответствующая указующая и понуждающая рука рынка, очень даже видимая, в виде расчетно-финансового центра (РФЦ) в KEGOС правительством создана.

Так вот по закону о поддержке использования ВИЭ с 1 июля надбавка за эту самую поддержку собирается с нас не спрятанной в тарифы ГРЭС, ТЭЦ и ГЭС, а непосредственным образом как еще одна составляющая покупок на оптовом рынке. Соответственно, предельные тарифы уменьшены на эту спрятанную в них надбавку. При том, что деньги за продажу солнечной-ветровой энергии будут собирать, как и собирали, с базовых электростанций, а уже они будут заряжать покупателям на оптовом рынке кроме собственного предельного тарифа и целевую надбавку на ВИЭ.

А вообще не зря говорится, что все, что ни делается, к лучшему. Поскольку закон обязывает РФЦ публиковать свои расчеты, теперь мы знаем, что тарифы, по которым базовые электростанции как условные потребители оплачивают разнарядки по ВИЭ, составляют на 2021 год 35,1 тенге за 1 кВт-час, а для электростанций поменьше и с ограничениями - 29 тенге за 1 кВт-ч. Нам же это оборачивается оптовыми надбавками 1,8 тенге, или 0,9 тенге за 1 кВт-час соответственно.

Сравните с приведенными нами базовыми тарифами оптового рынка и поймите, какое это счастье (для кое-кого) развивать “зеленую” энергетику в Казахстане!

Впрочем, мы задержались, бежим по цепочке дальше. За оптовым рынком идет KEGOС. Ему достаются примерно 3 тенге с 1 кВт-ч. За ним РЭК - региональные сетевые компании. У них тарифы от 4-5 до 5-8 тенге в зависимости от региона. Плюс некоторые счастливчики оплачивают еще и услуги местных сетей-посредников.

Наконец, сбытовая надбавка энергосбытов - тоже отдай примерно по тенге.

И самое интересное в конце. Когда региональный гарантирующий энергосбыт (на самом деле главная его гарантия - самая высокая стоимость по сравнению с прочими перепродавцами в данной области) уже оформил все контракты и определил среднюю стоимость киловатт-часа, в игру вступает еще одна невидимая, в смысле никак не прописанная в законодательстве, рука рынка - акимовская. Каждый аким по собственному разумению начинает делить стоимости электроснабжения между теми самыми тремя категориями потребителей: кому и за счет кого побольше или поменьше. В результате в Казахстане при наличии общей энергосистемы и всей массы контрольных и регулирующих инстанций насчет тарифов для одних и тех же потребителей в разных регионах творится… черт знает что!

И последнее (на этот раз, а вооб­ще еще вернемся!). Еще в 2015 году планом нации “Сто конкретных шагов” были предусмотрены три конкретных шага в электроэнергетике: введение единого закупщика, укрупнение электросетей и реконструкция тарифа с выделением эксплуатационной и капитальной составляющих. Выполни их, и большая часть описанных… хм... недостатков уйдет в прошлое. Но пока невидимые руки на рынке электроэнергии оказываются сильнее какого-то национального плана.

Пётр СВОИК, обозреватель

Поделиться
Класснуть

Свежее