2172

17 депозитов депутата Джумабековой

Профессиональные приемные семьи - тема, которая в стране обсуждается уже не первый год. О том, готово ли к их внедрению наше общество и можно ли верить в успех нововведения, мы поговорили с Куралай Джумабековой - координатором общественного фонда “Ана Үйі” в Кокшетау, амбассадором программы “Бакытты Отбасы” акмолинского филиала партии Amanat, депутатом областного маслихата и… мамой 17 детей, 11 из которых приемные.

17 депозитов депутата Джумабековой

- Куралай Габдулгамаровна, давайте начнем с главного. У нас в стране с каждым годом растет количество возвратов детей в детские дома. Это говорит о том, что приемные родители не справляются со своей задачей. Так нужны ли нам в принципе профессиональные приемные семьи?

- Уверена, что нужны. Эти возвраты связаны с тем, что приемные семьи у нас сейчас не обучены, не поставлена система их сопровождения и поддержки. Дети растут, в подростковом возрасте и у родных родителей возникают проблемы в общении и воспитании. А когда ребенок еще и знает, что он приемный, проб­лем не избежать. Другой вопрос - как их решать. Нужна четкая сис­тема работы с приемными родителями.

Это не пустые слова, знаю, о чем говорю. Шестерых приемных детей я взяла после того, как от них отказались другие приемные родители. Последние мои четверо детей - братья и сестры из одной семьи. Их приемные родители оформлялись во время пандемии онлайн. А когда дети по­шли в школу, соцработник обратила внимание, что они голодные, неопрятные, стали обманывать, попрошайничать. И сами родители жаловались на старшего мальчика: уходит из дома, ворует… Я говорила с детьми. Оказалось, что они живут вчетвером в одной комнате, у них нет даже собственных полок для вещей. Комиссия пришла к выводу, что детей надо вернуть в детский дом. А потом они попросили меня забрать их к себе. Конечно, забрала.

- И как?

- Первое время все было прекрасно. Сейчас уже видны кое-какие подводные камни. Ничего, все эти проблемы решаемы, все корректируется. Это бывает во многих семьях...

- В вашей компетенции и опыте сомневаться не приходится. А как быть с другими? Вы согласны, что нужен жесткий отбор кандидатов в приемные родители? Я бы, например, отсеивала тех, у кого нет образования, работы…

- К подбору кандидатур надо подходить очень ответственно. Высшее образование, конечно, не главный критерий. И, поверьте, уже на этапе обучения в школе приемных родителей видно тех, кто пришел действительно по велению души, а кто нет. Комиссия должна выезжать, смотреть условия, задавать родителям вопросы по решению конкретных ситуаций. Но и бить по рукам нельзя. Приемные родители должны знать, что в случае чего им помогут, научат, подскажут.

- И все-таки… Эта система работает на Западе. Но ведь там на каждую семью, в которой воспитываются приемные дети, несколько специалистов - юрист, социальный работник. У нас же во многих районах на весь отдел образования один-два сотрудника. Когда им проверять приемные семьи?

- Нам и не нужно таких огромных штатов. Сегодня у нас повсеместно открываются центры поддержки семьи, которые, по сути, дублируют работу органов соцзащиты и ЦОНов. Эти функции должны перейти к ним. Буквально в течение месяца мы начнем обу­чение сотрудников этих центров. Они научатся делать глубинную оценку семьи, изучат законодательство в этой сфере и будут заниматься сопровождением профессионально.

Кроме того, у нас в области есть центр поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, - бывший Аккольский детский дом. Там тоже работает немало сотрудников, есть социальные работники, психологи. Они будут выезжать и проверять работу семей. Контроль останется за органами опеки. Кстати, у нас в области за последние годы осталось только одно детское учреждение в Акколе, живут там всего семьдесят детей. Как только организуем несколько хороших профессиональных семей, всех их устроим.

- Но ведь всегда будут дети, оставшиеся без родителей в силу разных причин…

- К сожалению, да. Над тем, чтобы их было меньше, мы постоянно работаем. Очень благодарна педиатрической службе Акмолинского областного перинатального центра: мне сообщают о каждом случае отказа от детей. Выезжаю в районы, выяс­няю причину отказа. Был случай, когда женщина хотела отказаться от третьего ребенка. Ребенок внебрачный, она скрывала беременность. Вызвали органы опеки, нашли родственников, которые были в шоке: “Ты что делаешь? У родного брата пятнадцать лет нет детей, пусть они воспитывают”.

Если женщина в тяжелой ситуации - нет жилья, работы, предлагаю пожить в “Доме мамы”. Здесь за полгода можно встать на ноги, мы помогаем найти работу, жилье. При “Доме мамы” есть детсад, для наших мам первые два месяца он бесплатный. И чаще всего проблема решается. За более чем десятилетнюю историю “Дома мамы” многим мы помогли и продолжаем сопровождать.

- Какие обстоятельства приводят женщин в “Дом мамы”?

- Разные. Есть малолетние, юные мамы, их мало. Есть взрос­лые женщины - 30, даже 35 лет. Чаще всего в таком возрасте главная причина - алкоголизм. Мы предлагаем психологическую помощь, убеждаем пройти 9-месячный курс реабилитации.

Есть и выпускницы детских домов. Их проблема известна: неприспособленность к жизни. Всему приходится учить: готовить, убирать, стирать, ухаживать за собственными детьми. Им это дается нелегко, они сами как дети. Одной нашей мамочке, сироте, буквально на днях дали квартиру в Астане. Она сначала обрадовалась, но, когда пришло время переезжать из “Дома мамы”, попросила, чтобы кто-то поехал с ней помогать на первых порах. И это еще один веский довод в пользу отказа от детских домов. Государство тратит на эти учреж­дения большие деньги, но, по сути, там мы детей просто физически выращиваем, ни в голову, ни в сердце ничего не вложив.

- Но ведь всю жизнь воспитывать невозможно, взрослого человека уже нельзя переделать.

- Переделать трудно. Но помогать, сопровождать - обязательно. За рубежом есть даже прак­тика, когда опекунская семья берет опеку над неблагополучной семьей. Нам тоже это нужно. И я верю, что постепенно мы к этому придем.

- И все-таки, как бы ужасно это ни звучало, может быть, некоторых матерей и не нужно уговаривать воспитывать нежеланных детей?

- Безусловно, есть и такие, очень редкие случаи. В прошлом году в нашей области мне не удалось предотвратить два отказа от новорожденных. В первом случае женщина убежала из родильного отделения, оставив ребенка, мы не успели с ней поговорить. А во втором - я с отказом согласилась.

- Почему?

- Женщине 45 лет, алкоголизм, раньше уже была лишена родительских прав, старшие дети живут в разных учреждениях. Ресурса не было. Но есть и другие случаи. Вот одна из женщин в “Доме мамы”: двоих детей изъяли, потому что она ушла на работу в ночь, оставила их с сожителем. Соседи пожаловались, что дети плачут, мужчина пьян. Детей хотели даже разделить, потому что один здоров, а у второго умственная отсталость. Но нам удалось вернуть их. Пока они живут здесь. И знаете, когда я вижу, с какой любовью эта мамочка смотрит на своих детей, у меня нет сомнений: у нее все получится. Просто она потерялась, ей надо было помочь...

- Но бывают же и другие ситуации, когда женщина не справилась?

- Бывают. С одной такой мы работали полгода, трудоустроили, постарались наладить ее жизнь. А через какое-то время я встретила ее в центре для жертв бытового насилия в Степногорске. Другую женщину тоже полностью сопроводили. Как сирота, она получила квартиру в Акколе. С помощью спонсоров купили ей мебель, продукты, устроили детей в садик, нашли работу. Проблем с алкоголем у нее нет, но и семейная жизнь не получается: уходит, оставляет детей одних, в садик водить не хочет, дома беспорядок. Снова проблема в детдомовском воспитании.

- Знаю, что у вас есть еще один проект - по восстановлению семей. Вы уже вернули родной бабушке четверых детей, мама которых лечится от алкоголизма. Соединили мальчика, который 12 лет жил в детском доме, с мамой, которая уехала в соседнюю страну и не могла вернуться. Вы не бои­тесь, что в этих семьях что-то не сложится и дети снова окажутся преданными?

- Вы знаете, есть родители, которые...

- ...забыли, что у них есть дети?

- Нет, не забыли. Но сидят и ждут, что все как-то само собой образуется или ребенок сам к ним вернется. Таких много. Законов не знают, куда обращаться, тоже не знают. Им сложно даже свой вопрос сформулировать, когда они приходят в государственные органы. А как они поведут себя, если их станут отправлять из кабинета в кабинет? Просто опустят руки и уйдут... Поэтому уверена: семьи надо сопровождать. Этим я и занимаюсь.

- У вас кроме приемных шес­теро собственных детей. Знаю, что недавно взрослый сын подарил вам новый автомобиль. Поделитесь секретом: что делать, чтобы дети выросли хорошими людьми?

- Воспитываю их одна, стараюсь в первую очередь приучить к труду. Готовить еду, стирать, гладить, мыть свою обувь должен уметь каждый человек, тогда и во взрослой жизни будет легче. Конечно, учу поддерживать друг друга, заботиться о других. Объяс­няю: работайте, зарабатывайте. Вы должны быть самостоятельными.

Знаете, меня как-то спросили: как вы относитесь к депозитам, откладываете деньги? Отвечаю: нет, я все трачу на детей. Вот они, мои депозиты!

Владислава КОКОРИНА, Кокшетау

Поделиться
Класснуть