7139

Цена увечья

Только обратившись в суд, потерявшая на автомойке ногу Валентина Найдина может получить от работодателя положенные ей компенсационные выплаты. Но пострадавшая почему-то колеблется...

Цена увечья

Этот несчастный случай на павлодарской автомойке Diamond произошел 31 октября, но досудебное расследование в отношении ее руководства по факту нарушения правил безопасности и охраны труда открыли лишь 16 ноября. Когда уже весь Павлодар гудел об этом ЧП, перечисляя кто сколько может на карточку матери пострадавшей для покупки дорогостоящих лекарств. А теперь еще нужен и протез.

Почему так долго тянули с возбуждением охранно-трудового дела? Об этом чуть ниже. Павлодарцев прежде всего возмутило другое - лукавство, граничащее с ложью, и равнодушие к судьбе работника со стороны директора автомойки Руслана БЕЙСЕМБАЕВА, заявившего, что Валентина Найдина у них, мол, только подрабатывала. Есть запись его интервью, в котором он утверждает, что “в табеле, который составляется каждое утро с по­именным списком работников, имени Валентины в тот день не было”.

Женщина не отрицает, что работала на автомойке по определенному графику. Но график этот был согласован с руководством.

- Утром я мыла полы в магазине рядом с домом, потом бежала кормить бабушку, у которой работаю, точнее, работала сиделкой… - грустно, но при этом почему-то смущенно улыбаясь, рассказывает Валентина, рабочий день которой был всегда расписан буквально по минутам.

За парализованной старушкой сначала ухаживала мама Найдиной, но по состоянию здоровья вынуждена была оставить эту подработку. Тогда родственники больной предложили работу сиделки Валентине, поскольку знали ее семью как добропорядочную, трудолюбивую и ответственную. Переехавшая 7 лет назад из села в Павлодар Валя была рада любой работе за деньги. В деревне у нее остались двое детей 13 и 14 лет, которые живут со свекровью. Часть заработка мать отправляла им, а на оставшуюся поднимала 11-летнего сына здесь, в областном центре. Так вот, утром молодая женщина убирала в магазине, потом кормила свою подопечную, делала ей все необходимые процедуры, готовила обед и ужин и к часу дня уже бежала на автомойку, где допоздна мыла машины. Домой возвращалась ближе к полуночи, а утром - снова подъем в шесть часов. И так каждый день. До 31 октября...

...После того как Валентина помыла машину, клиентка попросила ее выгнать авто из бокса. Это обычная практика на автомойках, особенно если за рулем машины женщины. Рядом с Валей в тот вечер находился некий Евгений. Он и вызвался помочь. По словам Найдиной, “у него очень хорошо получалось и выгонять, и загонять машины”. Но не в тот вечер. На записи инцидента видно, как Toyota Avalon под управлением Евгения буквально вдавливает в стену автомойщицу. Валентина получила серьезные травмы ног. Одну врачам пришлось ампутировать выше колена. Была опасность, что такая же участь постигнет и другую ногу, но пластина на ней, слава богу, прижилась.

Полиция возбудила уголовное дело по факту ДТП с тяжкими телесными повреждениями. Экс­пертиза установила, что Евгений нетрезвым сел за руль. Позже в пресс-службе регионального департамента полиции сообщили, что мужчина вообще не имел права управлять автомобилем, поскольку ранее был лишен водительских прав. После чего директор мойки заявил, что “не знает, кто такой этот Евгений”.

- Он у нас никогда не работал! - отрезал Бейсембаев в интервью одному из телеканалов.

Связаться с руководителем Diamond мне не удалось. Так сложилось, что Руслан Бейсембаев предпочитает общаться только с... главой местного Клуба добряков Асхатом КУСТАУЛЕТОВЫМ, открывшим сбор средств в помощь Найдиной.

- За все время, которое Валентина лежала в больнице, а сейчас дома, руководитель автомойки, где Валя проработала четыре года, ни разу не справился о ее состоянии, - говорит сестра пострадавшей Кристина БУРБА. - После выписки ей назначили очень дорогостоящие препараты. Купить их самостоятельно нам проблематично. Поэтому-то мы и обратились к журналистам, потому что видели: руководство автомойки не торопится брать на себя ответственность за произошедшее.

Автомойка Diamond принадлежит семье НУРМАГАМБЕТОВЫХ. Ее глава Арман НУРМАГАМБЕТОВ долгие годы служил в правоохранительных органах - командовал батальоном дорожной полиции, руководил регистрационно-экзаменационным отделом дорожной полиции области, возглавлял линейный отдел полиции города Аксу.

К слову, тогда случился скандал по вине его сына. В 2016 году 19-летний Темирлан НУРМАГАМБЕТОВ совершил ДТП, когда его машина, на большой скорости проехав на красный свет светофора, столкнулась с Toyota Rav4. Аварию засняла уличная камера видео­наблюдения, установленная на перекрестке. Пострадавшая в том происшествии Карлыгаш ТОЛЕУБАЕВА рассказала, что виновник ДТП отказался возмещать ущерб в 6 млн тенге под предлогом того, что его машину якобы занесло из-за гололедицы. Суд не назначил ему даже штрафа. С учетом того, что не пострадали пешеходы и у Нурмагамбетова-младшего не было страхового полиса, водителя-лихача всего-то лишили прав на девять месяцев.

А Нурмагамбетов-старший сегодня руководит линейным отделом полиции на железнодорожной станции Павлодара. Не по этой ли причине следователи не направили в управление труда представление на проведение проверки по факту несчастного случая на производстве и досудебное расследование по этому поводу начали спустя только две недели после произошедшего?

Чтобы инспекторы по труду смогли провести расследование несчастного случая и доказать факт трудовых отношений, пострадавшей необходимо обратиться в суд. Поскольку на автомойке Diamond, как, впрочем, и на многих других, ей подобных, нет практики обязательного заключения трудовых договоров.

- Но факт трудовых отношений можно доказать не только с помощью документов. У нас есть очень хорошая свидетельская база. Много людей подтверждает, что Валентина Найдина мыла машины на автомойке Diamond. С такими свидетельскими показаниями есть все шансы, что суд встанет на сторону пострадавшего работника, - считает руководитель управления труда Павлодарской области Аскар КАПАНОВ.

Управление труда готово предоставить своих юристов, которые собаку съели на защите прав работников. Но семья пострадавшей, поначалу намеревавшаяся во что бы то ни стало добиться справедливости в суде, теперь колеблется. Скорее всего, кто-то настоятельно советует им уладить дело миром. Бейсембаев, в объяснительной на имя руководителя управления труда напрочь отрицавший трудовые отношения с Найдиной, позже через руководителя Клуба добряков передал, что “чисто по-человечески готов оплатить пострадавшей протезирование”. Но Капанов переживает, что подобные обещания “вилами по воде писаны”.

Медики же сейчас называют лишь приблизительную стоимость протеза - от миллиона до 20 миллионов тенге. Более точную сумму можно будет назвать только после обследования женщины. Но сейчас обращаться в клинику по протезированию преждевременно, нужно, чтобы рана на ноге зажила окончательно.

- Одно дело, если протез стоит два миллиона тенге, и другое - 20 миллионов. Где гарантия, что руководство автомойки, которое изначально повело себя непорядочно по отношению к своей работнице, не откажется оплачивать эти услуги? Есть все шансы доказать вину работодателя, потому что нахож­дение на работе нетрезвого работника - это вина прежде всего работодателя. В этом случае работодатель обязан ежемесячно производить пострадавшему работнику определенные выплаты, сумму которых установит суд. Также ему вменят в обязанность оплатить все расходы по протезированию и дальнейшей реабилитации пострадавшей работницы. Это гораз­до выгодней, чем просто получить единоразовую выплату. Тем более у Валентины трое детей, - считает глава регионального управления по труду Капанов.

В его практике немало случаев, когда пострадавшие работники или их семьи сначала отказывались от судебных исков к работодателям, а спустя год или даже два приходили и просили возобновить эти производства. Вот только поезд в таких случаях уже не догнать…

Ирина ВОЛКОВА, фото предоставлено Валентиной Найдиной, Павлодар

Поделиться
Класснуть