1437

Когда после пенсии жизнь только начинается

Муза

Пару месяцев назад в редакции зазвонил телефон - я взяла трубку.

- Оксана, это Нэлли Васильевна ШИШКИНА. Вы про меня писали больше десяти лет назад. Вы, наверное, меня не помните?

- Не помню, - честно признаюсь.

- Я врач-педиатр, всю жизнь проработала в поликлинике, а когда мне было уже за пятьдесят, научилась играть на гитаре, стала писать песни, выпустили несколько дис­ков…

И в этот момент в моей памяти всплывает картинка: огненно-рыжая, статная, она играет для нас на гитаре и поет. Волнуется сначала, а потом, как артистка, вышедшая из-за кулис на сцену, полностью отдается роли.

- Когда мы с вами разговаривали, вы спросили: а что дальше, чем я еще хотела бы заниматься? - продолжает она.

Наверняка спрашивала, потому что всякий раз удивляюсь, встречая людей, способных столь круто изменить свою жизнь. И, глядя на них, понимаю: вот теперь-то они не будут довольствоваться лишь тем, что имеют, обязательно пойдут дальше. А Нэлли Васильевна, будто подтверждая мои мысли, говорит:

- После ваших слов я крепко задумалась: действительно, Нэлли, а что дальше? На тот момент я уже больше десяти лет играла на гитаре и пела. Но артисткой не стала (и не стремилась даже из-за стеснения), выступала, как говорится, только для своих. Я ведь писала только музыку, стихи - никогда, а потому мне нужны были хорошие тексты. Так в мою жизнь и пришла поэзия - настоящая, классическая… Но об этом не по телефону - не хочу вас отвлекать. В общем, после нашего с вами разговора я решила создать клуб любителей русской поэзии. Недавно ему исполнилось десять лет. Я вас приглашаю на одну из наших встреч. Приходите, буду очень рада вас видеть.

И я пришла…

С Нэлли Васильевной мы договорились, что встретимся хотя бы за час до начала очередного поэтического вечера. Хотелось узнать, что произошло в ее жизни за те десять лет, что мы не виделись. Я увидела ее издалека: навстречу мне шла все та же статная, огненно-рыжая, элегантная дама (кажется, она ничуть не изменилась за те годы, что мы не виделись). Начинаю шутливо:

- Сначала вы мне расскажите, как оставаться такой красавицей.

- Какая красавица, о чем вы говорите! - отмахивается.

О возрасте - ни-ни (потом все встанет на свои места), только о творчестве.

- Сейчас почти не играю и не пою - голос хриплый, возрастной, не то, - признается Нэлли Васильевна. - А когда занималась гитарой, музыка мне не давала покоя. Я тогда еще работала, детской поликлиникой заведовала: нужно проблемы медицинские решать, а у меня из головы не выходит стихотворная строка, а к ней мелодия. Досижу до конца дня, бегу домой и, не глядя ни на кого, хватаю гитару и играю, чтобы зафиксировать эту мелодию и записать нотный аккомпанемент. Слышу - муж и сын домой пришли. Ужин собирать? Какой там ужин!

- Не обижались?

- Вы же помните, я вам тогда еще, десять лет назад, рассказывала: подарили гитару они. Подшутить, наверное, хотели: мол, ты же музыку любишь. Два года мы об нее запинались. А потом я подумала: чего инструмент пропадает? И пошла учиться играть - мне тогда пару лет до пенсии оставалось. Приходила, заниматься надо - руки-крюки даже в том возрасте. Как они у меня тогда болели! Мне преподаватель выговаривает: “Вы почему неподготовленная приходите?” - “Да вы что? Я каждый вечер занимаюсь!”

А потом стала рождаться музыка. Где взять слова? Вот и ушла в поэзию. Раньше стихами вообще не интересовалась. Знала только те, что в школе изучали. У меня будто голод стихотворный начался. Прихожу к кому-нибудь в гости, вижу книги, которые мне интересны, прошу дать почитать. Выпишу по­нравившиеся стихи - возвращаю. А теперь собираю издания русских поэтов. И все потому, что музыка не давала покоя - звучала и звучала…

- А сейчас звучит?

- Сейчас нет. Бывает же у поэтов: не может он писать год, второй, третий. У меня в семье произошел трагический случай - пропал сын. Долго не могли его найти… Каждую ночь мне не спалось, я ждала, что он позвонит, вот сейчас придет. Но он не приходил. Ничего. Никаких вестей. А потом… Он погиб. И надо было опознавать его… И после этого… внутри как будто все оборвалось. Поэтому и не слышу музыку. А вот стихи… Андрей Белый. Думала, он же такой сложный, я его не одолею. И читаю, читаю. А как мне Александр Блок давался трудно! Потом открыла для себя Николая Огарева. Сначала нашла одно его стихотворение, потом стала рыться. Теперь его сочинения - моя настольная книга. Сейчас у меня много свободного времени. Уже два года, как я не работаю.

- Всего два года?

- Да. У меня стаж 56 лет в медицине. Я больше двадцати лет после пенсии отработала. Тогда мне было 55, а сейчас - 80. Юбилей скоро будем отмечать.

Вот вам и возраст! В жизни не скажешь, что эта леди скоро разменяет девятый десяток. Я, конечно, спрашиваю, как держать себя в тонусе.

- Много лет каждый день хожу пешком - пять-шесть остановок, не меньше часа, без этого не могу, - делится наша героиня. - Утром гимнастика. Чего мне вам объяснять - там болит, здесь болит. Вот заставляю себя: приседай! Иногда разленишься: ой что-то сегодня неважно себя чувствую, наверное, поменьше упражнений сделаю. А потом: нет! Ты должна свою норму выполнить! Еще и прибавляю. Нельзя себя жалеть. А что касается питания, я давным-давно не ем жареное, тесто. Только кашки, запеканки, тефтельки - привыкла. Хочу сесть на шпагат. Не получается пока - растяжки не хватает. Чуть-чуть осталось. Дожму! Сяду! И про гитару также иногда говорю себе: чего это ты расслабилась? Нужно играть!

- Вы всегда были такой увлекающейся натурой?

- Нет, только во второй половине жизни. Лет до 40-45 я сидела спокойно. Хотя в детстве мечтала стать артисткой, но… Говорить не умела, стеснялась выступать (хотя по работе и нужно было). Потом научилась: писала свою речь на бумажке, учила ее, выходила и старалась произнести так, чтобы меня слушали. Получается, что силы во мне дремали, а потом будто проснулись.

Вот сегодня пройдет вечер, я уже о следующем буду думать. Юбилей Пушкина на носу. Как его подать интересно? Наш клуб любителей поэзии - чуть ли не единственный островок для людей, которые любят стихи. Мы собираемся раз в полтора-два месяца, говорим о поэтах, читаем стихи, поем. Приходят те, кому это интересно, кто откликается на поэзию. А для меня этот клуб - то, что держит. Мое детище, которое я придумала десять лет назад. Ведь сначала мы собирались у меня дома - пять-шесть человек. А теперь встречаемся в Доме дружбы, приходят 20, 30, иногда 40 человек. Общаемся, дружим. Это мое вдохновение, мое дело, моя жизнь. Вот проведу эту встречу, немножко отдохну, а потом все заново - книги, библиотеки (Интернету не доверяю)…

Ей пора бежать. Люди в зале уже собрались. За окном март, а потому эта встреча посвящена женщинам в русской поэзии - музам. Мне кажется, и Нэлли Васильевна та, кому можно посвящать стихи…

Оксана АКУЛОВА, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть