Анау-мынау о текущем моменте

Асия БАЙГОЖИНА, кинодокументалист: Окошко в Махаллю

Пятый МКФ “Евразия” стал особым событием в культурной жизни страны. Но я испытываю чувство недоумения и досады. Может, это оттого что есть с чем сравнивать? Хотя бы с тем же первым МКФ “Евразия”?

Тьма фильмов, сонм гостей, шлейф скандалов - все было и здесь. Но там было феерическое зрелище - от церемонии открытия захватывало дух. Здесь же веяло унылым провинциализмом, и на фоне умопомрачительной Астаны это ощущалось особенно остро.
Лицо фестиваля - это прежде всего конкурс. Предыдущие МКФ держались концепции, в основе которой лежала евразийская идея, выдвинутая нашим президентом как принцип государственного жизнеустройства. Пятый МКФ, оставив название “Евразия”, на деле стал “ЦентрАзией”. Организаторы подчеркивали: можем теперь себе это позволить - мы самодостаточны. При этом конкурсная программа производила удручающее впечатление. Члены отборочной комиссии на сетования коллег отвечали: вы бы остальное видели, это - лучшее! Но если это и есть наша самодостаточность, то впору задуматься об адекватности самовосприятия. У любого фестиваля есть планка, ниже которой он не имеет права опускаться. Здесь, как мне кажется, она была опущена ниже некуда.
Как заметил один из местных кинематографистов, на уровне государства мы принимаем концепцию “Путь в Европу”, а на уровне пятой “Евразии” прорубаем окошко в махаллю.

- Ну все перетащили из Алматы сюда, - в сердцах говорил глава Союза кинематографистов республики Игорь ВОВНЯНКО. - Осталось только сам Алматы целиком в Астану перенести!

- А что вы хотите? - заметил безымянный чиновник в кулуарах МКФ. - Кто платит - тот и заказывает музыку. На фестиваль из бюджета ушло 2,5 миллиона долларов.

Но бюджет - это деньги налогоплательщиков. При этом мнением населения или хотя бы тех, кого это касается - кинематографистов, - чины не интересуются. Есть определенный круг людей, на мнение которых ориентируются в верхах. Уверена, что они вполне компетентны и профессиональны. Но, сдается мне, преследуют узкоспециальные собственные интересы. Философ называл это кружковым сознанием.
В Европе любая инициатива в сфере культуры предварительно широко обсуждается, исследуется, и лишь затем ей дают ход. У нас сначала утверждают, а потом расхлебывают. Наш путь в Европу сакрален, ибо он непостижим. Нынешняя “Евразия” - заявка на миф о переходе из одного мира в другой. Новые герои нового времени в новых реалиях. Культуролог Зира Наурзбаева подчеркивает: если в мифе что-то или кто-то переходит из одного мира в другой, то это всегда означает смену плюса на минус. Это здесь Алпамыс - батыр. А в том мире он - плешивый пастушок. В математике минус на минус дает плюс. В кино это не срабатывает. Организаторы фестиваля это и сами знали. Но они, видимо, играли в другую игру.

Данияр АШИМБАЕВ, главный редактор Казахстанской биографической энциклопедии: Конкуренция бастыков

Казалось бы, авторитарная система правления и предельно закрытая властная вертикаль исключают саму возможность конкуренции. Особенно на нынешнем этапе неумолимой государственной холдингизации всего и вся.

Когда в экономике возникли некие корпорации с правами сверхминистерств, во внутренней политике - специальная партия, в национальной политике - Ассамблея народа.
Когда каждый чиновник - от министра до районного клерка - искренне считает себя проводником “курса главы государства”, трактуя его исключительно как совокупность своих личных полномочий, аппетита и самооценки.
Когда перманентные битвы за скважины, трубы, рудники и заводы признаками раскола элиты никто не считает (так, своеобразная форма диалога между отдельными персонами).
Тем не менее конкуренция в самой власти существует, а “консолидация элит” - суть явление, чем-то родственное “бурному экономическому развитию”. То есть оно как бы есть, но видят и ощущают его далеко не все.
Самый свежий пример - грядущие выборы в сенат. Правящая партия во избежание инцидентов и ради демонстрации единства рядов организовала специальные праймериз, тщательно отсеяла кандидатов, сбалансировала их по национальному признаку, согласовала список во всех инстанциях, опубликовала его в СМИ. Казалось бы, вопрос решен, и всех кандидатов можно заранее поздравить. Но уже первые итоги кампании по выдвижению кандидатов заставили задуматься: из 88 выдвиженцев 30 оказались членами “Нур Отана” (в среднем по два на регион, в Шымкенте и Астане - вообще по четыре). Разумеется, на выборы идут и дублеры. Однако если внимательно присмотреться к послужными спискам кандидатов-самовыдвиженцев, то вопросов становится еще больше. В одном регионе против действующего сенатора выставились председатель облсуда и шеф местной земельной инспекции, в другом против заместителя акима области пошли завотделом акимата и аким района, в третьем - еще один земельный начальник и экс-депутат мажилиса. В столице, к примеру, баллотируются председатель республиканского Комитета по строительству, экс-председатель Агентства по госматрезервам и зампред нуротановского филиала. Сразу и не поймешь, кто из них официальный кандидат, кто дублер, а кто “нарушитель устоев”.
Таким образом, подлинная демократия по-казахстански - это противостояние двух и более сановников, способных продемонстрировать всем, у кого из них административный ресурс массивнее. Ситуация, когда бастыки сражаются не за бюджет и не за возможность трудоустроить племянника на одно хорошее место, а за депутатский мандат - далеко не самая лучшая демонстрация консолидации правящей элиты.
Видимо, в руководстве эту мысль поняли, хотя и с опозданием. В результате совместными усилиями всех заинтересованных сторон список был сокращен путем массового самоотвода излишних кандидатов от партии власти.
Конечно, потенциальные депутаты - народ консервативный и на баррикады не пойдет, но в условиях нарастающего “роста экономики” и бурной “политической стабильности” легальная конкуренция между элитами могла бы придать динамику и улучшить селекцию кадров. В конце концов обновлением и улучшением правящих кругов должны заниматься не только финпол с прокуратурой...

Амиржан КОСАНОВ, заместитель председателя ОСДП: Колыбельная для финансов
Две особенностив поведении власти меня все время пугают.
Первая - когда власть начинает давать слишком уж красивые обещания. Значит, к внеочередным выборам.
Вторая - когда власть чересчур усердно успокаивает общество. Значит, к кризису.
Как и все, в эти дни особенно тщательно слежу за финансовыми новостями. И, как все, ужасаюсь.

Весь цивилизованный мир твердит о кризисе. Рушатся пережившие века финансовые империи. От названий супербанкротов рябит в глазах. Вчерашние фавориты судьбы в одночасье сходят с исторической арены. Кто шумно, кто с тихим позором. Сильные тотчас поглощают ослабевших. Начинается очередной передел сфер влияния в мировых финансах. О политических последствиях узнаем позже.
Что ж, пути финансов неисповедимы. Цивилизованные страны называют вещи своими именами (там иначе нельзя). И предпринимают отчаянные попытки не допустить общий коллапс. Державы направляют в хиреющий финансовый сектор умопомрачительные средства. Речь идет о суммах, равных бюджетам целых стран! Нации, забыв о внутренних идеологических разногласиях, например как в США, в едином порыве сплачиваются за сохранение общей для всех экономики.
А наша власть? Как она ведет себя?
А как всегда!
Как алюминиево-хромовый страус, зарывший голову в нефтяную скважину. Как герой песни, который сообщает своей хозяйке, что “все хорошо, прекрасная маркиза!”. Власть заняла глухую информационную оборону. Одним словом, тишь да гладь, да божья благодать! Сплошное убаюкивание. Лишь бы, не дай бог, не произнести слово “кризис”!
А ведь джинн кризиса давно вырвался из бутылки. От того, что его, этого джинна, не показывают по “Хабару”, ничуть не легче. Его зловещая тень бродит по бескрайним просторам страны. По умам и настроениям ни о чем пока не ведающих граждан, оболваненных государственными СМИ.
Хваленые банки нараздавали налево-направо кредиты. И… остались у разбитого корыта. И в смятении как конца света ждут конца года, когда в их шикарные офисы придут платежки из-за рубежа. Реальный сектор экономики практически перестал кредитоваться. Те, кому успело помочь родное государство, пока еще живы. Но дышат на ладан. Так как нет очередных траншей. Малый бизнес лишается четких и ясных перспектив. Средний класс, который только вчера мог позволить себе жить вольготно, давно опустился в социальной иерархии на ступень ниже.
Главное - события на Уолл-стрит аукнулись и на положении простых граждан, у которых нет акций транснациональных компаний. Никакой мудреной статистики не надо. Сходите в ближайший продуктовый магазин. Посмотрите на ценники. И на содержимое карманов бюджетников.
В этой ситуации государство ведет себя непорядочно в отношении своих граждан. Нет вразумительной и доступной информации о состоянии дел. Как себя вести в таких экстремальных условиях? Где хранить сбережения, в какой сектор вкладывать деньги? И, наконец, какой план у самого правительства на случай наступления времени “Ч”?