Я пришел к тебе с приветом

Художник Олег ПИЩЕВ (на снимке) объявил бойкот алматинским галереям. Строптивый живописец с усами Сальвадора Дали не желает оплачивать аренду зала для показа своих работ.

- Галерейщики и искусствоведы, - уверен Пищев, - некорректно повели себя по отношению к художникам. Мне непонятно, почему художник должен платить за то, что покажет свои работы? В чем тогда задача галереи? Они даже перестали что-то объяснять посетителям, просто сидят, как в лавочке, и продают работы, если находится желающий. Они хотят получать при продаже больше художника, не вкладывая в него денег, пытаются самоутвердиться за счет нас, учат, не умея рисовать. Я художник с именем, занимаюсь психологией, мои статьи вошли в хрестоматию, и я знаю, что такое теория и психология искусства, больше, чем любой другой искусствовед. Но, когда предлагаю им учиться, они считают, что это нарушение иерархии. Вообще в последние годы художникам живется все тяжелее. У отечественного покупателя есть деньги, но нет вкуса, у иностранцев есть и то, и другое, но им невыгодно покупать работы казахстанских мастеров.

- В этом виноват обвал мировых рынков?

- По закону, чтобы вывезти картину, достаточно иметь справку положенного образца. Она стоит около 10 долларов. Но иностранца в момент прохождения таможни начинают попросту мурыжить и намекают, что надо бы оставить картину на рассмотрение. И в результате обладателю живописи проще заплатить взятку, порой приближающуюся к стоимости самой картины, чем терять время, менять билеты и планы.

- Неужели наша таможня так переживает, что из страны уйдут лучшие работы современников?

- Скорее действует принцип: если вы такие богатые, что покупаете всякую ерунду, то и нам платите. Вот и перестали иностранцы покупать наши работы. Если берут, то только для казах­станского рынка - в подарок или офис украсить. Конечно, наши бизнесмены тоже могут себе позволить хорошую картину, но они предпочитают или ковры, или изделия с традиционной тематикой, не представляющие художественной ценности, зато напоминающие о малой родине. Импрессионизм такие покупатели считают неаккуратной живописью, фэнтези - бредом сумасшедшего. Так что мировая культура нам не указ, у нас все начинается с нуля.

- Что будете делать, если в результате такого взаимного бойкота весь дом окажется завален неликвидными картинами?

- Я уже сейчас стараюсь меньше писать... Пишу только, когда уже невмоготу. Если раньше старался создать в себе настроение для живописи, продлевал его, то теперь этого не делаю. Когда дома становится тесно, перехожу в сад и занимаюсь скульптурой. Вот, например, последняя работа: ангел, высеченный из мрамора.

- И кто его увидит?

- Те, кто придет ко мне в гости. В нем 25 тонн веса, так что это во всех смыслах непосильная задача - арендовать
зал, оплатить доставку, занести, а по окончании выставки повторить обратный путь.

- Зачем же создавать то, что никто не увидит и не купит?

- Чтобы душа продолжала жить, реагировать, действовать, фантазировать. Еще очень удобно заниматься литературой - в компьютере может поместиться огромное количество книг. 

- Кстати, зимой вы издали свою первую книгу “Мастер транса”, где обещанное продолжение?

- В компьютере, потому что нет денег на издание. У нас в книжных магазинах охотно берут на реализацию книги на казахском языке или российскую продукцию. Спонсоров найти тоже непросто. Мне говорят: “Мы вам дадим грант, вы издадитесь, продадите тираж и уедете в свою Россию”. Но я не уеду никогда, если только меня отсюда не выдавят! Потому что и в России я не свой. Мне не хватает гор на горизонте, кажется, что небо и воздух совсем другие.

- Почти в пятьдесят лет, имея в художественном мире имя, вы вдруг снова стали студентом. Зачем вам понадобился диплом арт-терапевта? Тем более что многие сейчас занимаются этим и без диплома.

- Дело в том, что я занимался с детьми в изостудии. Мама одной из учениц, теперь моя жена, сама сказала мне, что я занимаюсь арт-терапией. Начала носить книги и статьи, благо сама оказалась психологом. Я почитал и понял, что могу делать это даже лучше авторов, что могу создать свою методику. Сейчас наш центр арт-терапии - единственный официально зарегистрированный в Казахстане, а свою методику я по праву могу назвать уникальной. Ко мне приходят порой, полежав в психушке... 

- Существует утверждение, что психолог постоянно лечит через пациентов самого себя. 

- Если бы не живопись, я бы попал в психушку. Мне уже намекали родственники, что неплохо было бы полечиться. Вот почему, закончив художественный институт в Москве, я отказался от академизма, потратил десять лет на то, чтобы через свободную живопись отрегулировать свои проблемы. Я уверен, что практикующий психолог должен сам пострадать, научится корректировать себя, и только потом он сможет действенно помогать другим.

- Может быть, и в политику люди рвутся не только для того, чтобы решить свои финансовые проблемы, но и уладить внутренние конфликты?

- Давайте не будем говорить о политике. У нас ведь восточный менталитет, и сор из избы выносить считается неприличным. Поэтому у нас все хорошо и прекрасно, мирового кризиса, внутренних конфликтов и вообще проблем нет. Соответственно, психологи не очень нужны. 

- То, что у вас на картинах любимый персонаж - обнаженная женщина, свидетель­ствует о каких-то подспудных проблемах?

- Наоборот, об их отсутствии. Когда человек стесняется своего обнаженного тела, это как раз показатель проблем. Мы рождаемся свободными и обнаженными, это и есть нормальная здоровая позиция.

- А если тело толстое и некрасивое?

- Это внушение. Турки любят полных женщин, и настоящий сибиряк в жены возьмет не худышку, а скорее пампушку. Она и работать сможет, и детей здоровых ему нарожает. На самом деле худые люди очень несчастные. Но хуже всего, если у человека пустые глаза.

- То есть дур, даже очень красивых, вы не рисуете?

- Я не понимаю, что такое “дуры”, поскольку работаю с людьми с задержкой умственного развития. Да и вообще к глупости у меня совсем иное отношение. Почему в сказках Иванушка-дурачок оказывается самым умным и счастливым? Все потому, что он не живет общепринятыми нормами, а доверяет своему бессознательному. Таких людей часто называют дураками, хотя именно они являются гармоничными экспериментаторами: экстрасенсами, колдунами, шаманами.

- Кстати, о дури, приличный художник просто обязан быть слегка безумным. Это очень хорошо для имиджа и продаж. А вы так кощунственно лечите сумасшедшинку...

- Я как раз учу не терять и развиваю ее. Важно только, чтобы она была социально адаптирована. Кстати, та самая сумасшедшинка в Древней Греции называлась внутренним духом, и имя ему было - джениус. Потом уже в Риме понятие распалось на две составляющие - гений и демон. Вот почему я и говорю, что этого внутреннего духа надо просто приручить.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, Алматы,
тел. 259-71-99, e-mail: evdokimenko@time.kz
фото Владимира ЗАИКИНА