А кругом - живые!
Во дворе его частного дома в Алматы лабиринт, выложенный из камней. Каждое утро
Олега НАЙШЕВСКОГО (на снимке) начинается с прогулки. Хождение по ритуальному кругу бодрит. Можно прекрасно обходиться без традиционного кофе.
Его жизнь - такой же лабиринт, из которого, казалось, не выберешься. Но он смог. Убежденный атеист, не верящий
в переселение душ и загробный мир. Санитар в морге.
Наша беседа началась с легкой перепалки. Олег совсем не хотел говорить о работе.
- Зачем? Люди больше всего на свете боятся именно смерти. Они даже не смотрят на лица умерших родственников, - рассуждал он со знанием дела. -
Так, бросят мимолетный взгляд - и все. Только очень смелый человек может внимательно рассматривать лицо покойника. Но таких - единицы. К нам никто заходить не хочет: носики платочками прикрывают, глаза закатывают, в обмороки падают.
Сами работники морга называют себя сотрудниками патологоанатомического отделения и любят вспоминать смешные истории.
- Из любимых, - начинает Олег. -
Когда в больнице умирает безродный человек, чаще всего бомж, его хоронят за счет морга. Все скромно, без изысков, но тем не менее. Привозят гроб, подъезжает машина. Наша лаборантка, симпатичная, молоденькая девушка, звонит по телефону директору кладбища и кокетливо просит: “Ой, вы мне там могилу оставьте, только возле дороги, чтобы машина проехать могла”. Все посетители, ставшие свидетелями этой беседы, медленно сползли со стульев.
Вообще-то Олег - инструктор по туризму. Много лет он возил иностранцев и наших экстремалов по Казахстану. Но занятие это сезонное, зимой Найшевский сидел без дела. Однажды ему позвонила старая знакомая жены и предложила поработать в морге.
- Люди, работающие в морге, - изгои общества, - говорит
Олег. -
Их часто не принимает мир, поэтому они и попадают сюда. Многие сильно пьют, кто-то сидит на наркотиках. У нас работала женщина, утро которой начиналось с бутылки шампанского. Она доставала пузырь из дамской сумочки, высасывала его в туалете и только после этого приступала к делу. Однажды переборщила и уснула, положив голову на труп. Она быстро вылетела с работы.
- А вы почему согласились работать? Не наркоман, не алкоголик...
- Наверное, хотелось себя испытать, - говорит
Олег. -
Человек слишком много сил тратит на борьбу со страхом смерти. Мы делаем множество вещей, не подозревая, что все это только для того, чтобы не думать о печальном конце. Суета вокруг похорон - ярчайшее тому подтверждение. Все бегают, придумывают себе какие-то дела, заботы. А для чего? Чтобы не думать о том, что и тебя когда-то постигнет то же самое. Все ведут себя одинаково: закатывают истерики, создают себе и окружающим лишние проблемы. Хотя есть редкие исключения.
- Какие?
- От людей, которые умирают в преклонном возрасте, веет спокойствием и умиротворением. У них лица другие. Понятно, что этому человеку многое пришлось повидать: он страдал, преодолевал, но жил. И родственники таких стариков ведут себя иначе. У них нет показных истерик, ненужных слез. Будто это спокойствие передалось им от умершего главы семьи.
- Можно по внешнему виду человека определить, от чего он умер?
- Не всегда, но можно. У туберкулезников бледный, истощенный вид. У людей, умерших от инсульта, как правило, багровые лица. А у того, кто отравился угарным газом или цианидами, розовое лицо, кажется, что человек просто уснул. К тому же последние пахнут миндалем.
- А страшилки какие-нибудь у вас в загашнике есть?
- Работа как работа, и ничего ужасного в ней нет. Ну если только попугать ваших читателей... Ночами я дежурю в морге. Остаюсь совершенно один. Иногда происходят вещи необъяснимые. У нас есть журнал записей. В одну из ночей мне нужно было внести туда имя нового поступившего, предыдущая страничка закончилась, ее надо было перевернуть. Я вхожу в комнату, где лежит этот журнал, и вижу, как листок переворачивается сам собой. Медленно так... Еще рассказать?
В ответ киваю головой.
- Чтобы зайти в морг, прежде надо позвонить. Сидишь часа в три ночи. И тут звонок. Открываешь дверь - никого. И так несколько раз. В такие моменты волосы на голове шевелятся. Есть у нас санитар, Вадиком зовут. Он тоже дежурить остается. Ему постоянно звуки какие-то слышатся, шумы. Мы ему не верили, смеялись. А потом я стал и сам прислушиваться. И действительно, из комнаты, в которой хранятся умершие, доносятся странные звуки. Не могу объяснить, что это такое...
- Может, это души?
- Может быть. Но я ничего подобного не видел. Поэтому сказать, есть душа или нет, не могу. Мы видим только работу смерти, то, во что она превращает недавно цветущего человека. Все остальное нам недоступно. Когда к нам на стол попадает молодой человек, становится как-то не по себе. Со временем я понял - эти люди боятся жить. Они будто сознательно ищут смерти - наркоманы, алкоголики. Не хотят изменить что-то, начать заново. Их это пугает. Плывут по течению, зная, что скоро умрут. Сама жизнь для них намного страшнее.
- А вы чего боитесь?
- Заразиться СПИДом или туберкулезом. Когда работаю с таким телом, стараюсь быть предельно аккуратным. Хотя можно выйти из морга, сесть в автобус и поймать палочку Коха. Ведь человек сам себя программирует. То же касается и смерти.
У него самого все будто по программе. Однажды Олегу сказали, что в прошлой жизни он был жрецом в Древнем Египте. Может, сейчас отрабатывает свою карму?
- Выхожу с работы и думаю: хорошо-то как, кругом - живые!..
Оксана АКУЛОВА, Алматы
akulova@time.kz
Фото Владимира ЗАИКИНа
