Свинский период Трякина-Бухарова

Если бревенчатые домики в переулках района Алматы I похожи на гравюры, то мастерская художника Георгия ТРЯКИНА-БУХАРОВА, спрятанная среди них, настоящий островок сюрреализма. Прямо посреди двора две огромные чугунные ванны накрепко приварены друг к другу. Они образуют основательный остов монумента свиньи. Между железных ног кабана обрубок трубы и керамические изоляторы, что недвусмысленно свидетельствует о мужском роде мутанта. “Какой славный Ниф-Ниф!” - пытаюсь завязать разговор, словно в галерее на светском рауте. “Это Наф-Наф”, - терпеливо поправляет меня автор.

Трякин-Бухаров не из тех художников, что с мольбертом и тюбиками красок колесят по живописным предместьям Алматы. Для него главный поставщик вдохновения - свалки. Георгий моментально вычисляет предметы с “будущим” и стаскивает их в свою мастерскую. О количестве и разнообразии собранного можно догадаться по отдельным репликам.
- Хочу сделать колесницу времени, - мечтает Георгий. - Я уже представляю: одно колесо - это старый жернов от мельницы диаметром два метра (оно у меня лежит за домом). Вместо второго - огромный круг от сеялки, вот его я прошляпил…

- Для морды одного из поросят я использовал эмалированную ванну, ее мне отдала дочка. И ванна долго стояла во дворе, наполненная бутылками. Я все мечтал заказать тигель, чтобы плавить бутылки и лепить из них. Таким образом можно было бы построить храм Бахуса…

- Сегодня на базаре купил гусятницу, именно крышка от нее идеально подходит для ушей Наф-Нафа. Были еще хороши когти, в которых по столбам лазят электрики, но они стоили три тысячи, дороговато. Шарниры, кондовые такие, можно было купить за триста тенге. К тому же продавец знакомый, мог и уступить, он же знает, для чего мне это…

“Свинский” период в творчестве художника продолжается уже больше года. Все началось с попавшей на глаза фотографии в газете - перевернутый вверх ногами мужчина в шляпе словно трансформировался в голову хрюшки на подставке. Этот образ навеял бюст из светлой древесины. Работал Георгий не с натуры, а по снимкам, сделанным на базаре. Торговцы - народ понятливый: раз надо для искусства - дали пощелкать убиенного порося в фас и профиль. Вскоре нашлась и идеологическая база. Прошлой весной город жил сносом и компенсациями - вспомнилась сказка про волка и трех поросят. Причем не приглаженный Маршаком вариант, когда вся троица спасается в крепком домике Наф-Нафа, а кровожадный народный английский первоисточник, в котором волк съедает ленивых поросят, не построивших хорошее жилье. Естественно, в алматинском варианте волк - это застройщик, не имеющий уважения к частной собственности, а поросята - мирные граждане, недовольные компенсациями. Дело ведь не всегда в сумме. Например, Трякин-Бухаров тоже попадал в пятно застройки. Но за несколько соток в непрестижном районе Алматы I ему полагалось бы немногое. А упрятать такую персону в рамки обычной квартиры невозможно. Где там, скажите, разместится свинтус, сваренный из двух чугунных ванн? К тому же у этого мастера совсем не тривиальные отношения с покупателями. Ну не любит художник отпускать свои детища. Хотя его работы есть в музеях современного искусства и частных коллекциях Италии, Турции, Америки, но большая их часть мирно дремлет по углам мастерской.

- Мне очень жалко расставаться со своими работами, - признается Трякин-Бухаров. - Сам я никому ничего не навяливаю, не предлагаю. Хотя, когда ко мне обращаются, есть что показать.

Ниф-Ниф из дерева оказался лишь предтечей целого семейства. Сейчас в мастерской живет уже экспонировавшийся на нескольких выставках маргинальный Ниф-Ниф с головой из чугунка и ушами из старых утюгов. В процессе создания городской вариант: с мордой из корпуса компьютера. Здесь же стоит и Нуф-Нуф - огромная конструкция из эмалированных ванн и раковин метра два высотой. Все свинтусы выполнены в виде бюстов, как памятники самим себе, сожранным злым волком. А вот Наф-Нафа, ловкача и трудягу, художник ваяет полностью и в деталях. Поскольку хряк выжил, скульптор обещает ему еще и наклепать поросят. В идеале для полноты сказочных образов еще бы и волка-застройщика сделать. Но на это скромного бюджета точно не хватит.

- Для волка надо ехать во вторчермет, - загораются глаза художника, - и работать с крупными вещами, например с ковшами от экскаваторов. Если бы мне заказывали, я мог бы масштабные вещи делать.

- Как к вам относятся соседи?
- С пониманием. Частенько сами отдают мне интересные вещи или даже просто у ворот кладут. Когда видят готовые работы, говорят: “Как здорово!”. Правда, все спрашивают, для чего это и сколько может стоить. Им непонятно, как можно работать, не зная, купит ли кто-то сделанное. А для меня это как наркотик.

На соседей грех жаловаться, для Наф-Нафа одну чугунную ванну, выброшенную кем-то на улицу, два квартала тащили всем миром. За вторую - простил долг соседям. Вообще Георгий предпочитает сначала собрать материал, затем уже конструировать задуманный образ. И главное, не упустить предметы нужной фактуры.

- Я уже убедился, если сразу не подберешь или не купишь то, что понравилось, потом хоть обыщись, не найдешь того, что нужно. Например, для работы “Золотое сечение” мне нужна была интересная древесина. Я, проезжая в автобусе, увидел именно такую, как мне надо, калитку, но сразу не вышел - торопился по делам. Потом сколько ни ездил разными маршрутами, так и не нашел ее. Пришлось использовать другой материал.

Трякин-Бухаров - вечный аутсайдер: его так и не приняли ни в один художественный институт, куда он много раз пытался поступить. Пришлось стать вольнослушателем в России и Казахстане. Правда, впоследствии именитый коллега признался: “Наверное, хорошо, что тебя не испортили обучением”. Хотя сам он уверен: если есть индивидуальность - ее никакая школа не убьет. Частные галереи не питают особой симпатии к его творчеству, уж слишком оно своеобразное и некоммерческое. Казахстанские бизнесмены тоже не раскупают странные конструкции. Две его работы долгое время стояли в зале современного искусства в Музее Кастеева. Совершенно бесплатно. А когда надо было забрать их и отправить на выставку в Астану, автору пришлось оплатить машину. Зато Трякин-Бухаров желанный гость на международных симпозиумах скульпторов. С этим, правда, сложно, работы мастера не того масштаба, чтобы запросто можно было перевозить их. А для создания требуются уникальные предметы.

- Мне бы расшириться, хорошую бы площадку, - мечтает художник. - На этот счет тоже есть идея - было бы здорово построить пирамиду из старых холодильников, наполняя их грунтом. Тепло и оригинально. Если честно, иногда хочется здесь, в мастерской, поставить урну для пожертвований. Собирают же на строительство храма...

Ксения ЕВДОКИМЕНКО,тел. 259-71-99
e-mail: evdokimenko@time.kz
Фото Владимира ЗАИКИНА