23854

Айдарбек ХОДЖАНАЗАРОВ: “Виновен ли Розинов? И что теперь делать?”

Гендиректор сельскохозяйственного холдинга “Олжа Агро” Айдарбек ХОДЖАНАЗАРОВ отвечает на вопросы о самом громком судебном процессе в отношении своего коллеги - основателя группы компаний “Иволга-Холдинг” Василия РОЗИНОВА.

Айдарбек ХОДЖАНАЗАРОВ: “Виновен ли Розинов?  И что теперь делать?”

Страсти вокруг суда над известнейшим костанайским бизнесменом накалены до предела. Несколько дней назад он, обвиняемый в крупном мошенничестве, произнес последнее слово, и суд удалился в совещательную комнату. Гособвинение потребовало назначить Розинову наказание в виде шести с половиной лет лишения свободы, защита - прекратить его уголовное преследование. Розинов нарушил обязательства по 80-миллионному долларовому займу в Евразийском банке развития (ЕАБР). Так кто же он такой - преступник или жертва обстоятельств?

Василий РОЗИНОВ.

- Айдарбек Асанович, холдинг “Олжа Агро” занял место “Иволги”, приняв в управление ее активы. Розинов отошел от дел и сейчас находится в кризисной точке. Ответьте прямо: считаете ли вы бывшего главу “Иволги” виновным? Заслуживает ли он лишения свободы?

- Эта судебная история - результат взаимоотношений Розинова и Евразийского банка развития. Мы лишь наблюдаем за ходом процесса, судьба Василия Самойловича нам небезразлична. В сети ход слушаний бурно обсуждался, был даже вполне предсказуемый негатив в наш адрес. Я не могу давать правовые оценки, я не юрист, но отмечу: мошенничество под­разумевает умысел совершить преступление. Что же мы видим? Василий Самойлович, заняв 80 миллионов долларов у ЕАБР, первые три года исправно погашал свои обязательства. Это ли намерение обмануть банк? Мое мнение как предпринимателя - мошенничества не было. Сказать, что Розинов ни в чем не виноват, тоже не могу. Взял - отдай! Сказать, что он мошенник, тоже будет неправдой: первое время пытался погашать заем, изо всех сил ведь пытался…

- В суде стороны “играли в теннис”, споря о том, были ли зерновые расписки, отданные банку в залог, обеспечены товаром…

- Зададимся вопросом: а где оно сейчас, это залоговое зерно? Его нет! Но, на мой взгляд, это больше вопрос гражданско-правовых отношений, не попадающий под действие Уголовного кодекса. Правда, я могу ошибаться с юридической точки зрения, так как рассуждаю больше как предприниматель.

- “Олжа Агро” - откуда вообще он появился и как стал преемником “Иволги”? Это важный вопрос, который многие задают, подчас нагнетая страсти.

- Деньги, которые “Иволга” задолжала ЕАБР, - лишь верхушка айсберга. Накопленный долг компании составляет примерно 900 миллионов долларов. Это неподъемная для любой казахстанской агрофирмы нагрузка. Чтобы отбить такую сумму с учетом посевных площадей, которые имелись у тогдашней “Иволги”, ей нужно было работать с максимальной отдачей, чтобы каждый гектар земель приносил 1,344 тыс. долларов прибыли. Это при том, что средний заработок на 1 га для казахстанских агрофирм - до 70 долларов за весь годичный цикл полевых работ. То есть при ежегодном хорошем урожае компания Розинова могла бы рассчитаться со своими долгами не раньше чем за 19 лет. Прибавим проценты - и выйдет полвека!

А на доходы следует еще обновлять технику, покупать химикаты, удобрения и так далее. Сумма долга становится окончательно невозвратной… Здесь впору задать другой вопрос: а планировал ли сам Василий Самойлович сполна вернуть кредиторам заемные деньги? Понимали ли серьезность ситуации кредиторы Розинова? Да. И они начали искать менеджмент, который, во-первых, был бы в состоянии взять на себя управление огромной компанией и, во-вторых, привлечь дополнительные средства.

Вручение ключей от дома многодетной семье.

- Такой структурой оказался “Олжа Агро”?

- Да, и мы пришли с инвестициями в 30 млрд тенге, чтобы сохранить жизнь в этом “сухом колодце”, сохранить рабочие места на благо региона. Мы стали договариваться по условиям возврата неподъемной для “Иволги” суммы долга. Нам удалось найти общий язык со всеми основными кредиторами, поставщиками запчастей, держателями зерновых расписок... Мы хотели бы договориться и с Евразийским банком, у которого в залоге имущество “Иволги” на 2 млн долларов и большое количество зерновых расписок. Но мы знаем, что реального зерна под этими расписками нет.

- Тогда зачем вам брать на себя такой долг?

- Наше законодательство преду­сматривает определенные процедуры, в рамках которых некоторые процессы еще впереди. Мы в диалоге с банком, мы обсуждаем залоговую массу. И необеспеченные зерновые расписки мы в такое обсуждение не включаем.

- Почему же, с вашей точки зрения, в последние годы “Иволга” стала неэффективной?

- Многие называют в качестве причин отголоски кризиса 2008 года и плохие погодные условия, словно злой рок преследовавшие холдинг начиная с 2010 года - от хилого урожая до невозможности его собрать. Главной причиной, естественно, стали кредиты, взятые на расширение и модернизацию производства, в итоге и поглотившие империю Розинова.

Мы прекрасно отдавали себе отчет, что перед своим концом “Иволга” жила, словно на осадном положении. Розинову было тяжело во взаимоотношениях с кредиторами, у него еще с начала 2017-го были суды с ЕАБР, с Royal Bank of Scotland (RBS) и т. д. Иными словами, Василий Самойлович просто не мог полностью отдавать себя вопросам сельхозпроизводства. Нет, он не был слабым администратором или неопытным аграрием. Но судебные перипетии, видимо, вынудили его отставить сельское хозяйство компании на второй план. А без хозяйской руки и любой огородик придет в запус­тение.

- С чего вы начали, когда взяли ответственность за всю технику, за несколько элеваторов, агрофирм, в конце концов, за пятитысячный коллектив сотрудников “Иволги”?

- С агротехнологий. Мы поняли, что с 2012 года холдинг начал истощать землю. Отказавшись от паровых площадей, он преследовал цель собрать больше зерна, не задумываясь о том, что будет через несколько лет с землей, которая не отдыхает. В первый же год работы мы отдали под пар 120 тыс. га, во второй - уже 174 тысячи. За эти годы мы, можно сказать, запихали в землю 5 миллиардов тенге, просто чтобы привести ее в порядок! Розинов никак не мог себе такого позволить в эпоху “военных действий”.

Сложностями Василия Самойловича начали пользоваться все, кому не лень. Во многих хозяйствах процветало воровство. Например, запчасти на сельхозтехнику можно было втихушку раздобыть через проворовавшихся сотрудников, даже… у местных таксистов! Примерно 10 процентов урожая 2017 года было похищено. “Иволгу” растаскивали направо и налево! Мы это остановили. И мы осознали, что у нас не лучшие кадры. А лучшие уже ушли работать в другие места.

- Почему сложилась такая ситуация?

- В это безвременье у механизаторов “Иволги” были самые низкие по области зарплаты. Но даже при хроническом дефиците финансов глава “Иволги” пытался как мог выйти из положения. Иногда, как в 90-х, рассчитывался продуктами. Поднимал труженикам настрой выступлениями артистов… Нам удалось стабилизировать ситуацию: мы повысили зарплаты на треть, и люди получают их вовремя.

- Давайте вернемся к долгам: так куда же делись те 900 миллионов долларов заемных денег?

- Хороший вопрос. А я не знаю! Это только сам Василий Самойлович мог бы ответить. Я могу лишь осторожно предположить, что он как-то перекредитовывался, кочевал из банка в банк, накапливал проценты… А что, таких примеров мало?

- Василия Самойловича часто вспоминают как мецената, главу хозяйства, которое ремонтировало школы, поддерживало культуру по всей области. “Олжа Агро” готов перенять эстафету социально ориентированной политики?

- Подарите нам 900 миллионов долларов - так мы готовы даже переплюнуть то, что делал наш предшественник! А если серьезно, мы продолжаем большинство программ, начатых при “Иволге”. Мы уже покупаем дома многодетным матерям, предоставляем джипы передовикам производства. По итогам 2019 года мы раздали труженикам более 40 млн тенге премиальных.

Вспоминаю диалог с инженером из хозяйства “Ряжское”. Он жалуется: мол, дорог у нас нет, того и этого, акимат бездействует… Отвечаю: да это вы и виноваты. Каким был урожай за последние три года? Восемь-девять центнеров. И после этого мизера вы говорите, что государство вам что-то должно? А сколько у вас налогов заплачено? С каких шишей акимат будет ремонтировать дороги? Вот цифры: в 2017-м, последнем “иволговском” году “Ряжское” заплатило в бюджет обязательных платежей на 153 млн тенге. В 2018-м, когда мы только пришли, - уже больше 194 млн, в следующем - 336 миллионов! Всего за два первых месяца этого года - уже 141 млн! Единственный способ улучшить социальное положение - поднять собственную доходность, а через нее - налогооблагаемую базу. Заплатим государству налоги, а потом уже будем иметь моральное право требовать.

- Инвестиции без модернизации неэффективны. Как вы заставляете работать ваши вложения?

- У нас пять приоритетных направлений развития: улучшение состояния земель, семенного материала, техники, а также аграрной компетенции сотрудников и системы оперативного управления. “Ремонт сознания” наших региональных директоров, агрономов, бригадиров неизбежно приведет к ремонту и техники, и инфраструктуры, и офиса… Мы уже инвестировали в капремонт техники и производство запчастей больше 8 млрд тенге. У нашей команды есть огромное желание доказать, что при правильных решениях в менеджменте, растениеводстве и животноводстве всего за пять лет реально выстроить агрохолдинг №1 в Казахстане.

- То есть вернуть славу “Иволги”?

- Нам чужая слава не нужна. Вопрос в другом - как будут жить эта земля и ее труженики. В сложные годы недавнего прошлого такие люди, как Розинов, не дали селу опустеть, и мы помним об этом. Наша задача сложнее: сделать эту землю местом, где хочется жить и работать.

Беседовал Игорь НИДЕРЕР, фото пресс-службы “Олжа Агро”, Костанай

Поделиться
Класснуть

Свежее