81773

Сестра Есентаевой Багым МУХИТДЕНОВА: Это уже не та Баян...

К большой радости всех поклонников и просто неравнодушных казахстанцев, Баян ЕСЕНТАЕВА чувствует себя нормально, у нее хорошее настроение, и 13 июля она вместе с родителями вылетела на лечение за границу. Баян не намерена делать паузу в работе и не собирается ничего скрывать о драме, которая произошла с ней месяц назад. Ориентировочно в сентябре она появится перед широкой публикой. Такова самая достоверная на сегодняшний день, эксклюзивно полученная “Временем” информация от одного из самых близких людей Баян - ее младшей сестры и ближайшего партнера по бизнесу Багым МУХИТДЕНОВОЙ (на снимке).

- Как только она выздоровеет, сразу сама все расскажет. Именно так она мне сказала, - начинает наш разговор в офисе продюсерского центра “Есентайпродакшн” Багым.
- Скажите, трудно теперь все тянуть одной, без Баян? Понятно, что сейчас ей приходится заниматься здоровьем, а не работой.
- Баян не отошла от дел. Она точно так же все контролирует, курирует. Я точно так же, как и раньше, звоню ей по любому вопросу, который касается нашей работы.
- А на каком этапе выздоровления Баян подключилась к работе?
- На следующий день... Сразу после операции, когда она только отошла от наркоза, я к ней не заходила. Зашли племянник, сын нашей старшей сестры Батес, и ее муж. Мы все стояли на улице, ждали, что они скажут. А на следующий день я поехала к ней в 7 утра. Зашла и спросила: “Как дела?” В ответ она сказала: “Лашин”-трек готов?” Это все, что она сказала. Она настолько сильная! Она меня просто поражает своей силой воли. Она не сказала: “Ой, мне так плохо. У меня болит”. Я не слышала этих слов вообще.
- Действительно необыкновенная женщина…
- Я даже, честно говоря, растерялась. Сказала: “Баян, пока ты тут в таком состоянии, я просто потеряла связь с действительностью, с этим треком...” А она мне: “Не смотри на меня. Дальше все делай, работай, давай быстрее!..” Аранжировка для “Лашин” у нас делалась в Москве, и для нас это было важно…
- То есть даже в эту первую с вами встречу после той страшной ситуации она, увидев родное лицо, не заплакала, не дала слабину?
- Нет. Она даже еще и шутила. Она не позволяет себя жалеть. Мы дежурили каждый день рядом с ней - четыре часа я посижу, четыре часа - мама, потом еще кто-то, чтобы она не оставалась одна. И уже на второй день она говорит: “Маму не надо. Потому что мама смотрит на меня вот такими большими, жалостливыми глазами. Пусть не приходит”. Хотя мама, конечно, все равно ходила.
- Как вообще ваши родители перенесли все это?
- Знаете, когда твой папа - интеллигент по крови, а наш папа такой, то он даже не смог понять и представить, как такое вообще могло произойти. Он не мог понять, как человек может так поступить с женщиной! Понимаете, когда мы приехали в больницу и нам назвали перечень всех ее ранений, папа с мамой стояли на улице и не могли все это понять и представить… У нас мозг перевернулся.
- А сейчас, когда все осознали, как они настроены? Они дают какие-то советы Баян, что дальше делать, как вести себя по отношению к супругу?
- У нас такая семья, что мы не даем советов. Мы ждем ее решения. И какое бы оно ни было, мы будем говорить, что она сделала правильно. Потому что взять на себя такую большую ответственность, когда это муж и жена, когда там двое детей, это невозможно. Сейчас Баян думает.
- И вы еще не знаете, к чему она склоняется?
- Мы не хотим интересоваться. Ведь это огромный стресс и большая депрессия. Давить на нее, интересоваться: “А ты подумала? А ты решила?” - это лишнее в такой ситуации. Сейчас для нас главное, чтобы она выздоровела, пришла в норму, и потом она точно решит, что делать. Сердце женщины всегда знает как лучше.
- Но ведь близкого человека всегда хочется уберечь от беды. Разве вам не хочется сказать Баян: “Если простишь, то дальше будет страшно жить рядом с этим человеком”?
- Конечно. Но все, что я ей говорю: “Баян, ты сейчас не торопи события. Не надо принимать скоропалительных решений. Нужно время, чтобы отойти”. Да, мне как сестре за нее страшно. И если думать только о себе любимой, то, конечно, нужно посадить человека, и все. Но когда у тебя есть еще двое детей…
- А разве за них не страшно?
- Нет-нет-нет… За 22 года жизни он ее пальцем не тронул.
- Но не так давно, еще до этой трагедии, в одном телеинтервью Баян говорила, что трижды подавала на развод…
- Ну, насчет этого она вам сама расскажет, когда поправится. 13 июля она улетела на лечение в Китай, а когда прилетит - даст интервью.
- Несколько дней тому назад Эрик ТАСТЕМБЕКОВ заявил, что Баян находится на лечении во Франции. Значит, это неправда?
- Она должна была уехать во Францию вместе с детьми, но не смогла. Ей не дали визу, потому что посчитали, что это такая резонансная история и она с детьми может убежать из страны. Поэтому теперь она едет в Китай, но с родителями. Она хотела, чтобы дети были рядом, но не получилось. После Китая она еще поедет в Германию. Это все связано с лечением.
- Лечиться за границей - это решение Баян или совет наших врачей?
- Наши врачи ей ничего такого не советовали, они просто говорят: “Ждите!” А чего ждать-то?
- А как себя чувствуют девочки? Я обратила внимание, что младшая дочь Айару убрала со страницы в Инстаграме все фото с папой. Хотя раньше она всегда демонстрировала свою большую любовь к отцу.
- Да, ведь она чуть не потеряла мать, врачи сказали нам, что еще бы минут десять, и все - потеря крови, исход операции был неизвестен… Айару никак не может понять и принять случившееся… Ведь папа для нее был героем. Баян, она же такая женщина, она никогда не говорила, что что-то плохо, что-то не так. Она никогда даже не позволяла своим детям подумать плохо про папу. И для детей это, конечно же, шок. Он для них всегда был суперменом. И от того, что он обидел маму, они просто в шоке. Он как отец очень хороший.
- А как еще вы лично можете охарактеризовать своего зятя?
- Я знаю его с того времени, когда они еще только встречались, потом мы всегда жили бок о бок. Он ее любил очень, баловал. И сказать, что он плохой, я не могу. Я могу только сказать, что этот человек способен на поступок.
- На хороший поступок?
- На плохой… Но я не думала, что это может быть по отношению к семье, к своей женщине. Я всегда относилась к нему с глубочайшим уважением, но теперь не хочу его видеть. Никогда. Его Бог будет наказывать и прощать, а я лично чисто по-человечески ничего плохого ему не желаю, но в своей душе никогда не прощу его. Единственное, о чем я очень пожалела, так это о том, что у нас нет брата, который бы просто взял и наказал его за сестру.
- Если всегда все было хорошо, то что же могло такое случиться в тот роковой день? Ревность?
- Это однозначно была ревность. Но вообще он ревновал-то ее всегда, это не открытие ни для кого. Он ревнивый человек.
- Но это была ревность к какому-то конкретному человеку или ревность к успеху, к работе, к ее образу жизни?
- Если бы этот вопрос касался моей личной жизни, то я бы вам ответила, а насчет Баян сказать не могу. Но Баян всегда очень уважительно к мужу относилась.
- А какой вы видите дальнейшую жизнь? Ваша жизнь, ваша работа - они как-то изменятся?
- Точно сказать не могу. Но говорить, что все у нас будет как прежде, - это большая глупость.
- В каком смысле?
- Ну, понимаете, как бы... это уже не та Баян. Психологически это не та Баян, которую я знаю. Которая могла, не подумав, рубить с плеча! Которая могла на какое-то предложение сразу, с ходу выдать вот это свое фирменное: “А-а-а-а-а-а, давай!..” (Смеется.)
- Думаете, она будет с опаской относиться к жизни?
- Она будет думать. Будет что-то по-другому. Она будет больше ценить себя. Может быть, она не будет столько времени проводить на работе, как она это делала. Может быть, она посвятит время себе, будет путешествовать.
- По-моему, Баян всегда ценила себя - занималась собой, ходила к косметологам, следила за фигурой…
- Я думаю, что она больше будет посвящать времени не своей красоте! Вы поверьте, она и сейчас ходит к косметологу! У нее поломана рука, но она делает маникюр! Она красится, делает педикюр! Но я думаю, что это кажущаяся к себе любовь. Женщины, которые реально любят себя, знаете, что они делают?
- Что?
- Они путешествуют, занимаются своим духовным миром. А вот все это: внешне любить себя, а по сути заниматься чужими детьми и давать им будущее - это не любовь к себе. А именно этим мы занимаемся здесь, в продюсерском центре уже 10 лет. Но теперь будет по-другому. Вот сейчас нам предстоит разговор, она сказала: “Надо поговорить о новом офисе”. Понимаете, новый офис, новая жизнь. Возможно, она будет расширяться в плане деятельности.
- И что за деятельность это будет?
- Она еще мне это не озвучила. Но будет другая жизнь... Я скажу больше: как-то недавно она спросила меня: “Почему ЭТО произошло со мной?!.” Конечно, только Бог знает ответ. Но я сказала ей: “Для лучшей жизни”. И я верю - так будет, все будет хорошо.

Оксана ВАСИЛЕНКО, фото из личного архива Багым МУХИТДЕНОВОЙ и с сайта tengrinews.kz, Алматы

Перепечатка интервью запрещена в любом виде и объеме.

Поделиться
Класснуть