17442

Мастера машинного доения

Куда подевались сотни тысяч долларов, полученных агентами финпола от контрабандистов? В среду, когда судья Советхан САКЕНОВ намеревался продолжить допрос свидетелей, слово попросила адвокат Дина САРСЕНОВА, заявившая отвод председательствующему.

Как выяснилось, под этим ходатайством подписались 32 подсудимых и шестеро их защитников.
- В ходе главного судебного разбирательства председательствующий откровенно выступает на стороне обвинения, - начала адвокат Сарсенова. - Суд, явно проявляя необъективность и предвзятость, грубо нарушает принцип равноправия сторон и лишает подсудимых возможности отстаивать свою позицию. Председательствующий ведет процесс некорректно, перебивает и повышает голос на участников, соз­дает нервозность в зале заседания и не принимает мер для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств.
Все минусы судьи подсудимые и их защитники изложили аж на четырех страницах. Председательствующий явно не ожидал такого поворота, но взял себя в руки и дал возможность всем сторонам высказаться.
Большинство свидетелей даже не смогли прочитать обязательную клятву суду ни по-русски, ни по-казахски: они учились в уйгурской школе и плохо знают другие языки.
По словам защитника Болата АБДРАХМАНОВА, все показания водителей, данные ими на следствии, имеют один и тот же текст - совпадают даже орфографические ошибки:
- Свидетель ИСЛАМОВ признался в зале суда, что не может читать на русском языке, но внятно объяс­нить, почему он подписал протокол допроса, так и не смог. Свидетель МУНАЕВ сообщил, что, вручая повестку, сотрудники финполиции дали ему копию протокола допроса - я так понимаю, для “освежения” памяти. Мое мнение - началось давление следствия на свидетелей, потому что в уголовном деле, как мы видим на этом открытом судебном процессе, много, мягко говоря, недоработок.
Выслушав все стороны, судья Сакенов удалился. Через некоторое время судья военного суда Ербол АХМЕТЖАНОВ принял решение: ходатайство об отводе Сакенова отклонить, после чего был объявлен очередной перерыв.
Между тем любопытные факты всплыли на открытом судебном заседании по “хоргосскому делу”. Подсудимые и их адвокаты заявляют: внедренные финансовой полицией в среду контрабандистов агенты, имитируя преступную деятельность, “заигрались” - и в итоге вместо сотен тысяч долларов (которые якобы давали контрабандисты и их “крыша” из КНБ за то, чтобы финполовцы закрыли глаза на контрабанд­ный ввоз товара из Китая) к делу приобщены... ксерокопии долларовых купюр. Вопрос о том, куда же делись “живые” деньги, повисает в воздухе...­
Вторую неделю на “процессе века” продолжаются допросы свидетелей - водителей большегрузных машин, перевозящих товар из Китая в Казахстан через таможню “Хоргос”. Все водилы рассказывают суду примерно одно и то же: они сами приезжают в Поднебесную и предлагают транспортные услуги коммерсантам. Сойдясь в цене, загружают товар и, собрав все необходимые документы, проводят свои фуры через границу - посты фитосанитарного контроля, ветеринарного карантина, транспортной инспекции и пограничной службы. Получив необходимые разрешения, водители оформляют груз в брокерских фирмах - тут же, на таможне.
А в среду во время перерывов адвокаты передали журналистам письменное обращение двоих подсудимых - сотрудников КНБ Талгата ЖАКАЕВА и Ирлана АБД­РАХМАНОВА.

В письме - рассказ о том, как они начали разрабатывать некоторых сотрудников финансовой полиции и таможенных структур, причастных к теневым схемам “Хоргоса”. По словам Жакаева и Абдрахманова, в конце января 2011 года в КНБ поступило указание тогдашнего генпрокурора Кайрата МАМИ обеспечить эффективное противодействие коррупционной, экономической и организованной преступности в приграничных районах. Исполнителем от центрального аппарата КНБ назначили начальника 5-го департамента полковника Жакаева, а в помощь ему из ДКНБ по Северо-Казахстанской области перевели подполковника Абдрахманова, считавшегося одним из лучших специалистов по раскрытию экономических и коррупционных преступлений.
Из письма офицеров КНБ
“Нам удалось получить сведения о причастности высокопоставленных сотрудников государственных и правоохранительных структур к коррупцион­ным схемам на таможенных переходах. После доклада руководству КНБ мы завели дело оперативного документирования под кодовым названием “Караванщики”. С санкции Генеральной прокуратуры провели специаль­ные оперативно-розыскные мероприятия (СОРМ). В мае 2011 года планировалось возбудить ряд уголовных дел на должностных лиц, причастных к покровительству контра­банде...”
Но комитетчиков опередили финполовцы, и в апреле того же года Жакаев, Абдрахманов, замначальника ДКНБ Акмолинской области Бахытбек КУРМАНАЛИЕВ, начальник ДТК Алматинской области Курманбек АРТЫКБАЕВ и несколько его подчиненных были арестованы.

Из письма офицеров КНБ
“Нас обвиняют, что мы не раскрывали факты экономической контрабанды. Согласно изменениям в Уголовно-процессуальном кодексе, с 2004 года раскрытием этого вида преступлений занимаются исключительно сотрудники финансовой полиции и таможенного комитета. Мы пресекали преступления, только когда в контрабанде были замешаны должностные лица правоохранительных и фискальных органов. Необходимо особо отметить, что данная работа проводилась по поручению главы государства. Выступая на Совбезе в Астане в июне 2006 года, президент отметил, что по его поручению органами КНБ арестованы замначальника ДТК Алматинской области РАМАЗАНОВ (фамилии здесь и далее выделены нами. - Ред.), начальник таможни “Хоргос” ЖУМАБЕКОВ, его заместитель БАЙМУХАНОВ, начальник управления прокуратуры Алматы ЖУМАГУЛОВ, замначальника управления ДВД Алматы БУЛГАКБАЕВ, начальник отдела УБОП ДВД Алматинской облсти МАМАЖАНОВ. Тогда же президент акцентировал внимание на кадровой политике в таможне и привел конкретные примеры. Замначальника ДТК КОНЫРБАЕВ, работая в 1999 году на таможне “Майкапшагай”, был задержан за провоз 100 тысяч долларов, уволился из таможни по собственному желанию, но в 2002 году восстановился приказом председателя КТК на должность замначальника ДТК по ВКО. Бывший начальник таможенного поста “Талдыкорган” ИСКАКОВ не прошел аттестацию и уволился по собственному желанию. Позже поменял фамилию на ГАБДУЛ и вернулся в таможню. Глава государства подчерк­нул, что по его поручению специальная группа работников КНБ проводила работу по выявлению коррупционеров в правоохранительных структурах...”
И вот - ирония судьбы: комитетчики из той самой спецгруппы теперь сами стали фигурантами уголовного дела. Но, уверяют они, доказательств их причастности к покровительству контрабандистов следователи собрать так и не смог­ли. Зато у подсудимых и их защитников теперь немало козырей. Некоторые из них защитники подсудимых раскрыли нашему коррес­понденту.
Согласно материалам следствия по “хоргосскому делу”, финансовая полиция начала разработку контрабандистов Б. ОТАР­БАЕВА и Т. КАЙРБАЕВА с декабря 2009 года. Так в своих показаниях утверждает теперь уже экс-начальник департамента финансовой полиции Алматы М. ДУЙСЕНОВ. Однако, как уверяют адвокаты подсудимых, в течение полутора лет ни одной автомашины, проходящей через подконтрольные Кайрбаеву фирмы, финполовцы не задержали. А из аудиторского заключения (тома уголовного дела № 1044-1047) следует, что финполицейские, якобы имитируя преступную деятельность и не задерживая автомашины Кайрбаева, позволили ему провезти контрабандно грузы, оформленные на 14 фирм (полные названия этих компаний также имеются в материалах уголовного дела). Это как минимум 8488 грузовиков, набитых контрабандным товаром. Если исходить из материалов уголовного дела, с каждой такой машины госказна недосчиталась примерно 1,5-2 миллиона тенге таможенных пошлин. Несложная арифметическая операция - и получается, что бюджету страны причинен, как минимум, ущерб в 12,7 миллиарда тенге!
Спрашивается, куда смотрели внедренные финполом в среду контрабандистов агенты?! Почему борцы с коррупцией не арестовали эти грузовики с контрабандой на борту, а ограничились задержанием 27 апреля 2011 года 26 машин с китайским товаром, которые даже не успели пройти процедуру растаможки?.. В таможенном законодательстве четко сказано: ответственность за недостоверное декларирование наступает только после завершения таможенного оформления.
- Все это позволяет сделать вывод: либо контрабанды вообще не было, либо кто-то из чинов финполиции был сильно заинтересован в том, чтобы фуры с грузом проходили без остановки. У нас есть необходимые сведения, подтверж­дающие это, - говорят защитники. - Подробнее об этих и других фактах мы заявим на ближайщих заседаниях суда.
Но и это еще не все. Из материалов уголовного дела следует, что агент Саныч (он же Талгат МАХАТОВ) в августе 2010 года склонил к совершению контра­банды некоего Даурена УМИРБЕКОВА, который возил товар из Поднебесной. Цель - вынудить Даурена оформлять свои грузы через людей Кайрбаева, за что Умирбеков должен платить контра­бандистам через агента Саныча-Махатова по 24 тысячи долларов за каждую машину. Вроде бы блестящая операция по всем канонам оперативно-розыскной деятельности. Но! Как выяснили подсудимые чекисты, изучив материалы следствия, не все факты получения денег от Умирбекова Махатовым были оформлены в соответствии с законом об ОРД. Получается, что деньги, полученные от Даурена, в финансовой полиции документировали, а вот последующее их движение - передача Кайрбаеву - не фиксировалось. К примеру, 21 сентября 2010 года Умирбеков передал Махатову 75 тысяч долларов за три машины с товаром. Однако документов, свидетельствующих о том, что эта встреча зафиксирована, подсудимые в материалах дела не нашли, хотя получение этих денег подтверж­дается аудиозаписью разговора между Умирбековым и Махатовым (том № 949, лист 128). Точно так же процессуально не оформлен факт получения Махатовым от Умирбекова 30 сентября того же года еще 72 тысяч долларов - хотя их разговор был зафиксирован на флешкарте “Жумабеков 149с” (file_2_(2010_09-30-19_38_48)_AK1MUW87756).
Этой записи в деле почему-то нет. Однако подсудимым удалось получить копию аудиозаписи, в которой помимо разговоров о передаче денег зафиксирована беседа при встрече Махатова с Кайр­баевым. Нет в деле документов, подтверж­дающих получение Махатовым от Умирбекова 196 тысяч долларов, о чем последний рассказал следователям на допросе 24 октября 2011 года (том № 894, л.д. 38-41). Если верить показаниям Умирбекова, он задолжал за провоз 11 грузовиков 264 тысячи долларов. Но привез лишь 196 тысяч. Получение Махатовым этих денег зафиксировано в звуковом файле (file_1_(101101-101211)_AK1MUW87756). А дальше - еще интереснее. 18 октября 2010 года Махатов сообщил финполовцам, что получил от Даурена 96 тысяч долларов для передачи Кайр­баеву за оформление 4 машин. В протоколе Махатов указал, что был вынужден без предоставления этих денег сотрудникам финпола сразу же передать их Кайрбае­ву (том № 1011, л.д. 114). Однако факт передачи этой суммы Кайрбаеву никак не зафиксирован, хотя Махатова снабдили записывающими устройствами для фиксации его переговоров с контрабандистами.
10 ноября 2010 года Махатов передал своим кураторам из финполиции 144 тысячи долларов, полученные в этот день от Умирбекова за шесть автомашин. Сотрудник алматинского департамента финпола Кенжебай ЖУМАБЕКОВ эти деньги получил, снял с купюр копии на ксероксе, а доллары вернул Махатову, чтобы тот отдал Кайр­баеву (том № 1011, л.д. 135). А теперь - внимание: факт передачи этих денег от агента Саныча контра­бандисту нигде не задокументирован! Где деньги, Зин? Едем дальше. 24 ноября 2010 года Махатов выдал сотрудникам финполиции 103 тысячи долларов, полученные от Умирбекова за пять автомашин. В здании финпола сняли копии и вернули деньги агенту, чтобы тот отдал “зелень” Кайрбаеву. Но момент передачи снова никак не зафиксирован...
Подобных непоняток в уголовном деле - десятки. По подсчетам подсудимых и их адвокатов, в общей сложности “таинственно исчезло” больше миллиона долларов, полученных от предпринимателей Санычем-Махатовым и другими агентами финпола. В то же время по делу “Караванщики” сотрудники КНБ сумели зафиксировать факты получения Махатовым через внедренного чекистами агента более 200 тысяч долларов. В качестве доказательства комитетчики передали в прокуратуру аудиозаписи телефонных переговоров Махатова, Кайрбаева и предпринимателя Т. МИРВАНОВА, которые свидетельствуют о получении агентом Санычем тех самых двухсот тысяч “зеленых” - за непринятие процессуальных мер по задержанным на складах временного хранения “Алтер” семи грузовикам с контрабандой.
А что же об этом думают сами финполовцы?
В своих показаниях в ходе следствия экс-начальник ДФП Алматы Максат Дуйсенов сообщил, что лидеры организованного преступного сообщества (ОПС) предложили внедренным сотрудникам департамента часть преступного дохода и просили оказать покровительство преступной деятельности со стороны органов финансовой полиции. А внедренные лица, имитируя преступление, согласились получать деньги и оказать покровительство деятельности ОПС от имени полковника Дуйсенова. Было оговорено, что деньги, предназначенные для органов финансовой полиции, будут переданы позже - когда контрабандисты и их покровители в погонах соберут миллион долларов... (детали этих показаний имеются в томе № 1026, л.д. 170-175).

Подробнее о том, что поведал в своих показаниях следствию бывший подчиненный Дуйсенова Жумабеков, читайте в ближайших номерах.

Вместо P.S. Подсудимые вместе со своими защитниками, изучив все материалы, собранные следствием, выяснили: из 1500 томов около 800 - перевод с русского языка на казахский и наоборот. Больше 100 томов - личная переписка брокеров о том, кто и с кем планирует провести свой вечер, какое спиртное предпочитает и кто у кого останется ночевать. Еще почти 200 томов - протоколы выемки грузовых таможенных деклараций, изъятых в ДТК Алматинской области за период с 2007 по 2011 год. И только три сотни томов следственных материалов посвящены собственно “хоргосскому делу”.

Тохнияз КУЧУКОВ, Алматы

04.07.2013

Поделиться
Класснуть

Свежее