2915

Значит, это кому-то нужно…

В Казахстане, несмотря на все принимаемые государством меры, процветает онлайн-мошенничество. На граждан вешают многомиллионные фиктивные кредиты, от которых даже с помощью суда не избавиться. Так почему бы полностью не запретить онлайн-кредитование? Кому, кроме мошенников, оно выгодно? Кто им помогает? На эти и другие вопросы корреспонденту “Времени” ответил независимый эксперт по банковским вопросам Нуржан БИЯКАЕВ.

Значит,  это кому-то нужно…
Фото Владимира ЗАИКИНА.

- Изучить опыт стран, полностью запретивших онлайн-микрокредитование, глава государства поручил еще в декабре прошлого года. Сделали ли что-нибудь в этом направлении уполномоченные органы?

- Прошло уже два месяца, и ничего не сделано, потому что у онлайн-кредитования есть мощное лобби. В 2020 году рынок микрофинансовых организаций (МФО) сильно сузился, так как Агентство по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) серьезно ужесточило к ним требования путем ведения реестра. МФО, предлагающих онлайн-кредиты, осталось считаное количество. И в этот момент такую услугу начали активно предлагать банки. Почему? Да потому что продукт очень выгоден крупным инвесторам: те же бешеные ставки без трудозатрат, не задействован ни один менеджер, соответственно, не надо платить зарплату.

Если бы не было лобби, АРРФР давно бы запретило онлайн-кредиты. Вы представьте, сколько у них жалоб пострадавших от онлайн-мошенников казахстанцев! Департамент по защите прав потребителей задыхается от этих заявок. Мне неоднократно намекали: мол, не лезь сюда, не поднимай этот вопрос…

Нуржан БИЯКАЕВ.

- Разве самим банкам выгодно, чтобы люди страдали от мошенников, оформляющих на них фиктивные кредиты? Ведь зачастую они просто не гасят такие займы.

- По таким кредитам банки сегодня предоставляют только шести­месячную заморозку договора займа - на период следствия, и, если решение суда не в пользу пострадавшего, они снова начинают трясти должника, звонят с требованием погасить задолженность, возобновляют начисление вознаграждения. К тому же службы безопасности банков убеждают клиентов успокоиться и смириться с этим долгом: мол, так уж сложилось. Но какой здравомыслящий человек согласится с этим? Я знаю только одного такого. Он действительно не стал противиться случившемуся, нашел деньги и погасил навешанный на него кредит.

За последние два года я не знаю ни одного случая, когда суд вынес бы решение в пользу обманутого мошенниками банковского заемщика. Выигранные дела есть только по мелким займам МФО. Судьи не удовлетворяют требования истцов о признании договоров займов недействительными, ссылаясь на то, что у них нет приговора уголовного суда в отношении мошенников. А где ж его взять, если даже причастных лиц правоохранительные органы не могут найти? Поэтому мы надеемся, что АРРФР инициирует приказ, чтобы банки полностью списывали долги по фиктивным кредитам.

- Никаких подозреваемых сегодня нет?

- Есть подозреваемые, на карты которых перечислялись похищенные деньги, но зачастую это бомжи или безработные. Эти банковские карты держат дропперы, которые обналичивают деньги. Им невыгодно по одной и той же карте проводить несколько операций - их могут поймать, поэтому жертв у них много.

Например, в Зыряновске таксиста двое случайных пассажиров пообещали устроить на работу в “Казахмыс”. Сказали: дай нам свое удостоверение личности, чтобы мы открыли на тебя карточку в ForteBank. На самом деле эта карта им нужна была для перечисления мошеннических денег. Вот так они и обманывают людей.

Дропперов находят, есть конкретные факты, их привлекают к ответственности, но самих организаторов найти не могут.

МВД недавно заявляло, что выявило транснациональную преступную группировку в Украине, которая долгое время занималась целевой хакерской атакой именно на казахстанцев. Но по этому делу пока нет никаких подробностей.

- Сколько казахстанцев уже пострадало от онлайн-мошенников?

- По данным МВД, за прошлый год обманули порядка 15 тысяч человек, общий ущерб составил более 50 млрд тенге.

Появились технически очень подготовленные онлайн-мошенники, имеющие центральный орган управления в других странах. Это очень высококвалифицированные хакеры и специалисты, обладающие даром убеждения. Жертвы рассказывают, что не понимали, как поддавались на их уловки, словно были под гипнозом.

Мошенники не работают в одиночку, у них распределены роли, и, что самое страшное, у них есть подставные лица в казахстанских банках и МФО.

- Откуда такая информация?

- Например, астанчанину позвонил мошенник, представился сотрудником органов и сказал, что МВД и Нацбанк якобы проводят спецоперацию по поимке онлайн-мошенников, попросил посодействовать - оформить кредиты. В течение четырех дней мужчина брал кредиты в разных банках! То есть в четырех банках он получал одобрение, несмотря на то что определенно не проходил по коэффициенту долговой нагрузки. Как этот коэффициент мог быть соблюден, если только день назад человек оформил кредит на 5 млн тенге и эта заявка уже попала в общую базу? Четыре дня подряд ни технически, ни юридически невозможно получать новые кредиты на большие суммы.

Кстати, на четвертый день этому мужчине отказали, но, как только он вышел из банка, ему позвонил менеджер и попросил вернуться.

Все полученные по кредитам деньги, конечно, сняли мошенники. И теперь на этом мужчине висит долг 18,5 млн тенге. Я полагаю, конкретный менеджер банка помогал мошенникам все это организовать. Аналогичный случай произошел в Мангистауской области.

- Для борьбы с онлайн-мошенничеством АРРФР в 2021-м ввело биометрию при оформлении онлайн-кредитов. Судя по количеству преступлений за прошлый год, не особо-то это помогло.

- Эту биометрию нужно было вводить изначально на заре появления продукта. Мошенники, естественно, знают про новое требование и делают все, чтобы заполучить биометрию. К примеру, звонят и говорят, что на вас якобы пытались оформить кредит, поэтому срочно нужно удалить банковское приложение и скачать новое по ссылке, где на самом деле находится клон-приложение. Вы заходите, регистрируетесь, а когда доходите до биометрии, чтобы активировать приложение, они уже оформляют в это время на вас кредит. Мошенники получают биометрию и тут же кладут трубку, дальше жерт­ва им не нужна. Таким способом, например, в ForteBank прошли три мошеннические заявки на общую сумму 9 млн тенге. Вот вам и биометрия.

- Соблюдают ли банки пруденциальные нормативы по годовой эффективной ставке вознаграждения (ГЭСВ), которая не должна превышать 56 процентов годовых?

- Требования по ГЭСВ до 56 процентов годовых банки соблюдают. А зачем их нарушать? Ведь и без того это очень большая ставка.

- Какие у вас есть предложения для снижения закредитованности граждан?

- В первую очередь нужно отменить онлайн-кредитование. За 30 лет банкам и МФО дали массу возможностей и послаблений, чтобы они творили что хотели. Поэтому сейчас необходим тотальный контроль банков и МФО со стороны АРРФР - ежемесячные или ежеквартальные проверки.

При выявлении нарушений надо принимать меры надзорного характера. Откуда у мошенников информация о вкладчиках? У них есть сведения, что именно этот человек числится в должниках того или иного банка. Можно предположить, что эту информацию им сливают уволившиеся или действующие сотрудники банков, например бывший сотрудник IT-службы банка. При увольнении им не составит никакого труда скачать базу данных клиентов и продать ее. В прошлом году на черном рынке было объявление о продаже базы данных АО “Казпоч­та” за 25 тысяч долларов. Поэтому нужно отточить систему безопас­ности банков и, конечно, выявлять факты слива информации.

Комментарий в тему

Ерлан СТАМБЕКОВ, предприниматель, общественный деятель:

- Мое твердое убеждение, что государство должно быть социально ориентированным. Поэтому я против кредитного рабства - по другому ситуацию с кредитованием физических лиц назвать не могу. Один из примеров: человек взял в кредит 100 тысяч тенге и не смог их вовремя выплатить. Банк подает в суд, который, учитывая все проценты, просрочки и штрафы, присуждает выплатить 550 тысяч тенге. Разве это справедливо?

Или: банк продает долги заемщиков коллекторским компаниям с дисконтом до 80-90 процентов от суммы кредита. Почему право первого предложения, если речь идет о таких скидках, не получают сами заемщики?

Не выступаю против кредитов и не считаю правильным упразднить банки, однако необходимо установить четкие и понятные правила игры, которые бы защищали интересы не только финансовых групп, но и, причем преж­де всего, простых людей.

Необходимо снизить ставки по ипотеке. Обеспечить нуждающихся социальным жильем. Во всем мире ипотеку дают под 2-4 процента годовых. У нас процент не может быть ниже ставки рефинансирования Нацио­нального банка, а сейчас она равна 14 процентам годовых. Попробуйте вернуть такой кредит!

По разным оценкам, от 20 до 50 процентов казахстанцев закредитованы и не могут платить по счетам. Это опасная тенденция, угрожающая безопасности нашей страны. У государства есть ресурсы, позволяющие обеспечить нуждающихся социальным жильем. Дать им возможность купить квартиры в рассрочку на длительные сроки. И это не популизм, а реальные шаги, сделав которые нам не придется тушить возможный социальный пожар.

С другой стороны, нужно обеспечить пенсионерам стабильный доход. Накопительный пенсионный фонд наряду с иностранными инвесторами должен участвовать в высоко­доходных нефтегазовых, горнорудных и энергетических проектах. Доходы от нацио­нальных богатств действительно должны принадлежать народу.

Кроме того, чтобы понизить градус закредитованности населения, нужно в обязательном порядке поддержать многодетных женщин. Возможно, есть резон ввести материнский капитал не меньше, чем в России. Вместе с тем понизить пенсионный возраст для многодетных мам и в то же время повысить им пенсии.

Лэйла ТАСТАНОВА, фото автора, Астана

Поделиться
Класснуть

Свежее