Зона особого влияния
Почему Закон о социальной защите пострадавших от испытаний на Семипалатинском ядерном полигоне считают дискриминационным
![Зона особого влияния](/files/000/086/6oNlHcyqg836.jpg)
Обращение рядового жителя Алматы в Конституционный суд может стать толчком для обновления безнадежно устаревшего закона о социальной защите пострадавших от испытаний на Семипалатинском ядерном полигоне.
Болат АСЫЛГАЗИЕВ год назад обратился в Конституционный суд с требованием признать дискриминационной статью 13 закона о социальной защите граждан, пострадавших вследствие испытаний на Семипалатинском испытательном ядерном полигоне. Согласно этой статье льготы распространяются только на тех граждан, которые в настоящее время проживают на территориях, определенных зонами радиационного риска.
- Человек мог родиться и жить во время проведения испытаний вплоть до 1991 года в зоне максимального радиационного риска. Если в данный момент он проживает в Семее, то будет получать льготы. Если же пострадавший уедет из зоны воздействия полигона, он лишится всех льгот! Что это, если не дискриминация? - задается вопросом Болат Асылгазиев. - Ведь куда бы человек ни уехал - в другой регион Казахстана или за рубеж, его доза облучения навсегда останется с ним!
Сам Болат родился в 1971 году в селе Караул Абайского района, в зоне максимального радиационного риска. После армии в 1991 году он переселился в Семей - зону повышенного риска.
- В общей сложности я прожил в зонах радиационного воздействия 45 лет, - продолжает Болат. - В 2016 году по семейным обстоятельствам вместе с супругой и детьми переехал в Алматы. Когда устроился на работу, столкнулся с тем, что у меня больше нет льгот, которыми я пользовался в Семее. Их было две - 10 дней дополнительного оплачиваемого отпуска и надбавка к зарплате в размере 1,5 МРП. Когда обратился к работодателю, услышал: “Не буду платить! Тебе не положено!”.
Тогда Болат подал иск в районный суд №2 Алмалинского района Алматы о взыскании надбавки к заработной плате и оплате дополнительного трудового отпуска. Однако 1 ноября 2022 года суд первой инстанции отказал ему в удовлетворении исковых требований. Апелляция оставила это решение без изменений. Оба суда ссылались на статью 13 закона о социальной защите граждан, пострадавших от испытаний на полигоне.
Конституционный суд к рассмотрению обращения Асылгазиева привлек представителей десяти серьезных ведомств, включая Генеральную прокуратуру, Министерство юстиции, Министерство здравоохранения, Министерство труда и социальной защиты населения, Министерство экологии, парламентариев и Национальный ядерный центр.
- Судья Конституционного суда Роман ПОДОПРИГОРА обратился и ко мне, - говорит исполнительный директор ОО “Комитет ПОЛИГОН 21” Майра АБЕНОВА. - В первую очередь я обратила его внимание на то, что с 1992 года размер льгот определяется в зависимости от того, в какой зоне проживает пострадавший от воздействия радиации. Но в том-то и дело, что деление по зонам было актуально сразу после закрытия полигона. Исследования, проведенные с 1995 по 2015 год, показали, что радиоэкологическая обстановка больше не имеет резко выраженных отличий. Поэтому объем социальной помощи должен зависеть не от места проживания, а от величины индивидуальной зоны облучения пострадавшего.
Общественница также считает, что закон о социальной защите пострадавших от ядерных испытаний можно назвать дискриминационным:
- Много споров вызвал вопрос, почему Семипалатинск отнесли не к максимальной, а к повышенной зоне радиационного риска. Если смотреть на карту загрязнений, то получается, что наш город все 50 лет испытаний был под зонтом! Многие сходятся во мнении, что государство просто таким образом сэкономило. И все же изначально в законе от 1992 года были льготы, которые реально облегчали жизнь пострадавших. В 1997 году значительно урезали сумму единовременной денежной компенсации. Если изначально за каждый прожитый год в зоне радиационного воздействия люди получали минимальную зарплату, то потом только 1 МРП! Чувствуете разницу?
По словам Майры Абеновой, во время последующих редакций закона преследовалась одна цель - до минимума урезать льготы. В итоге их осталось всего две. Это ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск (в зависимости от зоны радиационного риска от 5 до 14 дней) и дополнительная оплата труда (от одного до двух МРП).
- При этом государство обеспечивает этими льготами только людей, работающих в бюджетной сфере. А вот тем, кто трудится на частных предприятиях, дополнительный оплачиваемый отпуск и оплату труда должны предоставлять работодатели. Но это же абсурд! За бортом действующего закона остались большинство пенсионеров, безработных, самозанятых, студенты и, наконец, дети! - считает общественница.
Рассмотрев обращение Болата Асылгазиева, Конституционный суд пришел к выводу, что статья 13 закона о социальной защите пострадавших от воздействия ядерного полигона от 18 декабря 1992 года отражала реалии того времени. Люди, проживающие в зоне экологического бедствия, продолжали находиться под воздействием неблагоприятных факторов вследствие ранее проведенных испытаний на полигоне. Это в свою очередь обусловило необходимость дополнительных мер по их социальной поддержке.
По мнению судей, радиационная ситуация не является стабильной и в целом требует тщательных исследований и мониторинга. В соответствии с законом территории, пострадавшие от воздействия ядерного полигона, до настоящего времени являются зоной экологического бедствия. На этом основании Конституционный суд постановил признать соответствующей Конституции статью 13 закона о социальной защите граждан, пострадавших от испытаний.
Вместе с тем с учетом сохраняющихся негативных последствий функционирования Семипалатинского полигона Конституционный суд счел необходимым усиление мер социальной защиты граждан, пострадавших от ядерных испытаний, включая их потомков.
“Это будет соответствовать характеристике социального государства, провозглашенного в Конституции, а также способствовать реализации конституционных положений о праве на социальное обеспечение, охрану здоровья, окружающей среды, благоприятной для жизни и здоровья (статьи 28, 29 и 31 Конституции). Усиление мер социальной защиты предполагает расширение как видов оказываемой помощи, так и ее объемов, размеров, а также адресатов получения”, - постановил Конституционный суд.
Судьи пришли к единогласному мнению, что должны быть изучены и предложены новые принципы и подходы в вопросах социальной защиты пострадавших с учетом современной радиоэкологической обстановки на зараженных территориях, медицинских последствий для населения, проживающего как на этих территориях, так и за их пределами!
И самое главное - Конституционный суд постановил рекомендовать правительству принять меры по совершенствованию законодательства по вопросам социальной защиты граждан, пострадавших вследствие ядерных испытаний, с учетом ранее изложенных выводов Конституционного суда!
- Безусловно, это большая победа! - считает Майра Абенова. - Болату Асылгазиеву не удалось добиться признания антиконституционной 13 статьи закона о социальной защите пострадавших от полигона. Но благодаря его обращению Конституционный суд пришел к выводу, что весь закон нуждается в пересмотре с учетом интересов всех пострадавших, включая тех, кто переехал в другие регионы.
Но есть и то, что омрачает радость общественников. Постановление Конституционного суда с рекомендациями для правительства вышло еще 25 сентября 2023 года. В ответ - тишина… И вот недавно глава Конституционного суда Эльвира АЗИМОВА, выступая на совместном заседании палат парламента, вновь призвала правительство кардинально обновить подходы к защите пострадавших от воздействия полигона с учетом социальных, экологических, демографических и медицинских факторов.
- Сейчас все мы ждем ответных действий правительства. Как оно отреагирует? И отреагирует ли вообще? Скоро уже будет 33 года со дня закрытия Семипалатинского полигона. А многие пострадавшие от испытаний так и не дождались от государства адекватной социальной защиты. Ушли в мир иной.., - констатирует Майра Абенова.
Милана ГУЗЕЕВА, Семей