8497

У самых состоятельных казахстанцев новый тренд - в особняке должна быть комната в национальном стиле. Для нее делают авторское шежире - родословную, здесь выставляют дорогие вещицы от самых именитых мастеров. Такие, например, которые изготавливает Есен МУХТАРУЛЫ.

Оберег для Путина

Он, правда, человек простой: живет в небольшом домике под Алматы, в Есике, мастерскую поделил на две части, чтобы нашлось место для учеников. Есен гордится тем, что много лет назад выбрал то, что теперь модно называть фрилансом. Что не только сам зарабатывает, но еще и дает работу своим подмастерьям. И если говорить о современных трендах, то его труд можно назвать экологичным. Большую часть материалов он находит… на природе, так же как и его предки-кочевники.

- Мне друзья-охотники подарили ножки косули для рукояти плетки, но мне как-то не нравится это. Я предпочитаю вырезать из кости или из дерева. А в степи многое можно найти: рога, высушенное солнцем дерево, кости животных. Например, если взять кость и варить ее, то получается совсем не то качество, материал слоится, не дает такой белизны и крепости. А когда косточка полежала на земле под солнцем, ветром и дождем, высыхая, пропитывалась своим же жиром, - это совсем другое дело!

Плетки - это любимая тема Есена. Например, одно из его изделий вручили как подарок президенту России Владимиру ПУТИНУ во время торжественного открытия казахстанского павильона на ВДНХ в Москве. Правда, камча была частью фирменного комплекта, в который входили еще охотничья сумка и нож. Но холодное оружие дарить не принято, сумка президенту вроде ни к чему, поэтому остановились на плетке. Подарок понравился.

- С ножами у казахов, - рассказывает мастер, - связано много примет. Нельзя их дарить - только покупать или красть. Я так думаю, примета пошла вот откуда. Если ты подарил человеку нож, а он с его помощью сделал что-то нехорошее, то получается, и ты к этому причастен через подарок. А если нож украден или куплен, совсем иное дело. Вот только традиция воровать ножи мне совсем не нравится. Знаете, сколько ножей у меня украли прямо из мастерской друзья и знакомые! В итоге я возмутился и сказал, что воровство - это просто воровство, а не традиции. Я две недели сижу за дорогой работой, а потом она пропадает, это же не дело… И обязательно у нас в каждой семье есть ножи, которые принадлежат главе семьи. Они передаются младшему наследнику рода. У меня, например, есть нож отца, дедовские ножи.

Впрочем, есть в мастерской Есена сувениры, которые так запросто не украдешь при всем желании. Например, булава, составленная из нескольких берцовых костей лошади. Стыки прикрыты затейливыми серебряными вставками с полудрагоценными камнями, сама кость будет щедро украшена резьбой. А внутрь булавы для утяжеления помещены железные прутья. Такой сувенирчик будет украшать комнату в национальном стиле.

- Зачем современному человеку оружие предков? - улыбается Есен. - Вы же знаете: чем старше мужчина, тем дороже у него игрушки. На волка с этим оружием не ходят, но оно радует владельцев, а камча еще считается оберегом домашнего очага от неприятностей и злых языков. Я и министрам делал для таких комнат предметы, и другим важным людям. Мне-то без разницы, кто они, лишь бы платили.

По образованию Есен юрист, никогда не учился специально ни рисунку, ни ремеслам. Смотрел, как рисует отец-художник, пытался делать какие-то поделки из дерева, чтобы заработать. А началось все с того, что в голодные студенческие годы научился шить малахаи.

- Я как-то шел по базару и увидел старый, обветшалый малахай. Тогда многие туристы хотели приобрести что-то подобное в национальном духе. Вот я купил у дедушки малахай, как сейчас помню, за 150 тенге. Дома его распорол, посмотрел, как все сделано, соорудил из распоротых частей лекала. Взял самую недорогую шкуру лисицы - 150 тенге, ткани на 50 тенге, а готовое изделие у меня моментально купили за тысячу! В те времена это было три мои стипендии. Так и получилось, что я учился в Туркестане на юриста, а в свободное время шил малахаи, продавал, неплохо жил с этого, еще и родителям отправлял деньги.

Получив диплом, Есен устроился на работу, носил какое-то время костюм и галстук, но быстро устал от самодура-начальника. Мастер по секрету признается, что побоялся не сдержаться. Мол, закипит кровь и получу сам статью. Решил, что хочет работать на себя, и ни разу не пожалел о принятом решении. Может, мастерская и уступает солидному офису внешним видом, но хозяин абсолютно счастлив и горд.

Кстати, благодаря золотым рукам и юмору он стал любимцем журналистов. У Есена частенько берут интервью. Правда, телевизионщиков мастер не очень любит, говорит, что всегда очень скованно чувствует себя перед камерой, и даже отказывается от съемок, чтобы избежать стресса.

Специально для нас Есен показывает, как делает резьбу по кости. Без эскизов, без долгих размышлений из-под инструмента ползут завитки стилизованных рожек, спины архаров.

- Наброски? Зачем? Никогда их не делаю. Я люблю звериный стиль, и он у меня в руках, в крови. Мне не надо для этого читать книги, изучать историю. Достаточно посмотреть на скифское золото - мой главный источник вдохновения. Это же надо иметь такое чувство стиля, такое мастерство. Я так думаю, что у нас был и свой степной Фаберже, гений ювелирки и дизайна, просто мы не все знаем.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее