2755

Нешутейный первоапрельский тариф

Тарифы на генерацию выросли на 15 процентов. Куда все тянется и к чему теперь готовиться населению

Нешутейный первоапрельский тариф
Фото Владимира ЗАИКИНА.

С 1 апреля предельные тарифы, по которым электростанции продают свой товар на оптовом рынке, подняты в среднем на 15 процентов. Но не спешите расстраиваться: мы с вами почувствуем это в своих платежках не раньше июня. Здесь сработают процедуры пересчета энергосбытами и переутверждения в Миннацэкономики тарифов уже с другого, потребительского конца на так называемом розничном рынке.

Впрочем, радоваться оттяжке особо не приходится: сколько бы она ни длилась, все нешуточное повышение начиная с 1 апреля в новых тарифах будет учтено.

Хотя и здесь не стоит заранее расстраиваться: 15 процентов - это “в среднем по больнице”, тогда как каким-то регионам может достаться и поменьше, если электростанциям, к которым соответствующие энергосбыты прикреплены, не так повезло с повышениями. Ну а кому-то, наоборот, не повезет… Но зачем раньше времени о грустном?

Зато самое время поднять тему о принципиальном переходе тарифа на электроэнергию с привычного уже за тридцать лет эксплуатационного уровня на уровень инвестиционный.

Да, вот мы и дожили: в кои-то веки запас генерирующих мощностей подошел к исчерпанию. Если по официальным цифрам, то на уровне нынешнего года это так: располагаемая мощность всех электростанций - 18,0 ГВт, максимум электрической нагрузки - 16,1 ГВт, запас располагаемой мощности без учета резерва - 1,9 ГВт, а вот с учетом нормативного резерва запаса уже почти нет, только 0,1 ГВт.

Если же от норм перейти к прак­тике, то в том же сообщении Мин­энерго, в котором говорилось о повышении тарифов, было сказано и о том, что из-за аварийного износа недоступны для выработки порядка 2 ГВт. То есть физически энергосистема еще как-то справляется, но фактический запас уже практически съеден, и срочно необходима новая генерация как для покрытия растущих нагрузок, так и для замещения отживающих свой век котлов и турбин.

А теперь рассмотрим вход в эту новую для нас инвестиционную ситуацию на примере того самого 15-процентного тарифного повышения. Из чего эти проценты сложились? Примерно 5-6 процентов (точнее сказать не можем, рынок электроэнергии процентов на 70-80 непрозрачен) - это повышение зарплат (дело нужное), стоимость топлива (тоже никуда не денешься) и удорожание импортных комплектующих (спасибо Нацбанку за плавающий курс). А остальные 9-10 процентов - это… наши любимые ВИЭ (возобновляемые источники энергии). Дело в том, что если традиционная генерация занимает в потребительском тарифе нишу от одного-двух до семи-восьми тенге в среднем, лишь у отдельных электростанций до 10-12, то стоимость солнечной и ветровой генерации отсчитывается от 25-30 тенге за 1 кВт·час и выше.

Причем - внимание! - вот эта шокирующе высокая стоимость “зеленого” киловатта как раз еще и из-за инвестиционной составляющей, которую выстроившиеся в очередь инвесторы срочно, в считаные годы после запуска, отбивают. Сколько из, допустим, 25 тенге за 1 кВт·ч солнечной электроэнергии уходит на возврат вложений, на оплату банковского процента, сколько вытаскивают частной прибыли сами инвесторы, а во что обходится собственно эксплуатация, это нам неизвестно. Боюсь, устроившее такой инвестиционный пир Министерство экологии насчет раскладов цифр тоже в неведении.

Но зато мы все с точностью до тиына знаем конечный результат в виде повышения тарифов тех самых давно построенных и сильно уже поизносившихся электростанций.

Вы спросите: а какое отношение имеют много раз оправдавшие стоимость строительства Экибастузские ГРЭС или, допустим, Капшагайская ГЭС к растущим как грибы после дождя новым солнечным и ветровым установкам? Самое непосредственное: коль скоро заоблачной стоимости продукцию “зеленой” энергетики добровольно на рынке никто не купит, оплачивать ее обязывают… традиционные электростанции. Вот просто так, по разнарядке, как в прошлые советские времена говаривалось, и обязывают: раскидывают “зеленую” выработку по квотам и собирают за нее деньги.

А уже старые добрые ГРЭС, ТЭЦ и ГЭС перекладывают эти свои затраты на потребителей через заявки на повышение тарифов, которые приходится удовлетворять. А куда деваться? Причем самим станциям от этого повышения на затыкание их собственных дыр достается меньшая часть, остальное - это как бы “зеленый” налог, проходящий через их кассы, но мимо них.

Однако не спешите возмущаться. Сам по себе “колхозный” способ собирать со всех деньги на возведение новых мощностей, коли они понадобились, правильный. Другое дело, что раз уж ситуация подошла к новому строительству, всю систему оптового и розничного рынков, как и систему тарифообразования, пора приводить в соответствие с решением этой новой инвестиционной задачи, начиная с вопроса: “А что, собственно, надо строить?”

Общественники - энтузиасты “зеленой” экономики - вместе с Минэкологии воскликнут, конечно: только ВИЭ! Ну что же, может быть, может быть. В конце концов чего тут сомневаться, если все последние годы только ВИЭ-мощности и вводятся, они у нас вне конкуренции.

Но, извините, ВИЭ-энергетика в Казахстане вне конкуренции именно потому, что конкуренция… отсутствует. Солнечные и ветровые электростанции конкурируют на тендерах каждая в своем классе и только между собой. Причем всякий раз разыгрываются эдакие порционные лоты, из которых при всем желании картины развития ситуации хотя бы на два-три года вперед не сложить.

Может быть, таким дробным образом удастся покрывать весь рост нагрузок и заместить выбывающие мощности вплоть до 2050 года? Теоретически это возможно, практически же… споткнемся уже через пару-тройку лет. “Развивающаяся” экономика, опирающаяся на сырьевой экс­порт и иностранные инвестиции, элементарно не может позволить себе “зеленую” энергетику, такова истина. Мы споткнемся хотя бы о тот тарифный порог, который при нынешней схеме станет непреодолимым. Но дело не только в тарифных пределах.

Тут ведь надо еще иметь в виду, что, если идти по линии наращивания ВИЭ, необходимо дополнительно вводить так называемые маневренные мощности, компенсирующие прерывистость солнечно-ветровой выработки. А маневренной генерации в Казахстане уже сейчас остро не хватает: по официальным данным Минэнерго на 2021 год, порядка 0,5 ГВт, а на горизонте 2027 года - так уже целый гигаватт. Создавать такие мощности можно через строительство либо специальных контр-регулирующих ГЭС, либо газотурбинных установок. А это тоже недешевое удовольствие.

Специально (чтобы не шокировать рассуждениями об атоме) не говорим о других вариантах развития казахстанской энергетики, но, если уж Минэкологии так торопится продвинуть “солнце-ветер”, надо как минимум догрузить рынок “зеленой” мощности дополнительными затратами на строительство маневренных электростанций, так хотя бы будет честно.

Кстати сказать, рынка новой мощности, который позволил бы в складчину финансировать развитие электроэнергетики, в Казахстане тоже нет. Вернее, есть небольшая вспомогательная затея под таким названием, и близко не решающая задач развития, плюс тендеры-междусобойчики по ВИЭ, подменяющие конкурентный рынок.

Ну вот хотели, отталкиваясь от 15-процентного тарифного повышения, охватить накопившиеся в электроэнергетике проблемы, но и то далеко не все охватили. Не будем искушать судьбу: дождемся какого-нибудь не столь неприятного повода и… продолжим.

Пётр СВОИК, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть