7038

Понт платежом красен

Послесловие к заданной теме

Честно признаюсь - сегодня мне стыдно и обидно: сам был уверен и других убеждал, что тенге будут опускать постепенно и малыми порциями (см. “Пётр Своик: Почему отменили валютный коридор”, “Время” от 20.8.2015 г.). Мы ведь с вами помним, как нам говорили, что ничего такого резкого не будет, а если что - нас предупредят заранее. И очень бы не хотелось думать, будто все так плохо, что даже такие обещания не исполняются. Тем более что с возможностями поддержания курса тенге все как раз неплохо - ресурсы еще вполне достаточны. Но, выходит, у нас совсем плохо (еще хуже, чем до этого казалось) на другом важном направлении - правительственном.

Ведь на каком фоне произошло вот это внезапное объявление о переходе к новой денежно-кредитной политике и неожиданный отпуск тенге в свободное плавание? Весь этот потрясающий форс-мажор произошел на фоне наметившегося еще пару лет назад, ставшего явным уже к осени прошлого года и превратившегося ныне в состоявшийся системный факт увядания экспортно-сырьевой модели казахстанской экономики. Мы с вами в наших публикациях во “Времени” это фиксировали неоднократно, и в прошлом году, и в этом. И при этом всякий раз подчеркивали, что нынешняя правительственная политика - с позиций осознания и признания этого факта, тем более с позиций выдвижения и реализации иной, взамен исчерпанной, модели экономического развития - безнадежна и бесперспективна.
Конечно, с нашей стороны была и некоторая подначка: а вдруг да и смогут осознать, начнут готовить альтернативу, национальное инвестирование взамен иностранного и национальное кредитование взамен перепродажи внешних займов - ну, для начала.
Но, к сожалению, мы оказались правы - ничего этого не произошло.
В самом деле: что означает как таковая девальвация национальной валюты в экономической системе, у которой валютный приток и отток уже принципиально не сходятся? Сдвижка курса ведет к одному временному и одному постоянному системному изменению. Временное состоит в некотором облегчении для сырьевых экспортеров. Где-то месяца на три-четыре - максимум, после чего их положение станет ровно таким же, что и при прежнем курсе. Включая необходимость новой девальвации. Постоянное же состоит в относительном сжатии (через инфляционное обесценивание) объема всей той экономики, которая функционирует в национальной валюте. Включая уменьшение в ней фактической платежеспособности и, соответственно, возможности импортных закупок.
Что в результате? Да, внешний платежный баланс страны стабилизируется, давление на тенге в сторону дальнейшей девальвации отпадет и “сводный курс” станет относительно постоянным.
И вот вам новая состоявшаяся реалия: у сырьевиков - все как было, а у строителей, транспортников, энергетиков, малого и среднего бизнеса и всей торговли - элементарно меньше физических объемов и общей экономической активности, у населения же - переход на более низкий уровень жизни…
Так, конечно, тоже можно жить, но обидно, знаете ли: столько было понтов, столько распилов, столько громких заявлений исполнительной власти - и все ради такого финала?
Причем, повторю, вот эта девальвация жизненного уровня значительной части населения - она теперь новая базовая константа, а значит, уже от нее предстоит медленно подниматься. И то лишь при условии перехода с внешне ориентированного на внутреннее развитие - чего от нынешнего правительства с Нацбанком, по моему убеждению, ждать не приходится. Но буду счастлив, если сегодня опять ошибусь.

Пётр СВОИК, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть