13838

Он не произносит ни слова, но при этом зрители не отрывают глаз от сцены. Сергей ЧЕРВЯКОВ - единственный мастер пантомимы в стране, который может держать внимание публики несколько часов. В этом мы убедились, побывав на сольном спектакле мима “Эпизоды” в арт-убежище Bunker.

Без лишних слов

В зале полумрак, на сцене сидит артист и гримируется. Вот он наносит белую краску на лицо, подводит глаза... Зрители завороженно наблюдают за процессом. Сергей Викторович давно уже стал достопримечательностью нашего города. Его уличные живые статуи - это волшебство, которое невозможно передать словами.

- 20 лет я выхожу на Арбат со своими номерами, - говорит артист. - Пробовал работать на других улицах города, но не пошло. Даже в карантин вышел пару раз, когда послабление было. Стою, значит, и тут подходят люди в форме: “У нас пандемия. Стоять здесь нельзя”. Я минут сорок отработал все же. На следующий день встал в другое место, только разложился - опять пришли: “Нарушаем. Пандемия. Шоу нельзя”. И не отходят. Пришлось свернуться.

На сцене один за другим сменяются персонажи. Вот дворник метет улицу, художник рисует портрет, нищий просит милостыню, добряк подкармливает кошку... В спектакле нет привычного сюжета. Он состоит из миниатюр-эпизодов - случаев из жизни, самых хрупких ее моментов, талантливо подмеченных мастером.

- Когда-то эти и другие миниатюры мы играли в большом коллективе, потом я остался один и создал моноспектакль, - продолжает Сергей. - Выступал с ним на разных сценах, даже выезжал в Армению, Киргизию. В моих героях каждый зритель видит то, что его тревожит, волнует.

Представление пролетело на одном дыхании. Зрители смеялись и грустили вместе с мимом и его персонажами. Когда погас свет, публика долго не отпускала актера со сцены. Сергей даже вышел с номером на бис.

- После таких встреч со зрителем надолго заряжаешься положительной энергией, - признается он. - Ведь нам, артистам, она так необходима.

Мы сидим с мимом в пустом зале. Свет погашен, музыка приглушена. В коридоре толпятся несколько молодых людей, которые тоже хотят пообщаться с Сергеем Викторовичем.

- Каково быть в стране единственным профессиональным мимом?

- Грустно. Было несколько учеников, с которыми мы выступали даже в Таиланде. Но постепенно они выбрали другой путь. Сейчас набираю новый курс, и уже есть несколько желающих. Планов много, главное, воплотить их.

- Всегда хотела спросить про ваш костюм, в котором вы выступаете в роли статуи. Как вам удается сохранять его ослепительно белым?

- Однажды в Алматы завезли партию белых фраков, часть из которых закупил и я. Это очень хорошего качества костюмы. Постирал - и они снова как новенькие. Уникальность их в том, что они не мнутся.

- Стоя часами почти без движения, наблюдая за людьми, наверное, можно стать прекрас­ным психологом...

- Еще каким! Первое время, когда выходил на Арбат, было интересно смотреть на реакцию народа. Никто не знал, как со мной себя вести. Сейчас все меняется. Порой не в лучшую сторону. Культура наших зрителей, увы, падает. Но все же люди по-прежнему с интересом наблюдают за мной, а я за ними.

Я видел много живых статуй. В позапрошлом году был во Львове. Там не белые статуи, а золотые. Красивые костюмы, но девочки и мальчики не знают, что они делают. Я подошел к одной из них, поклонился. У нее в глазах застыл вопрос: что этому мужику от меня нужно? Она даже испугалась, разве только не убежала.

В Одессе был случай. Я поехал со своим костюмом и встал на Дерибасовской. Слышу, как мужчина с женщиной разговаривают: “О, еще один стоит. Но этот настоящий”. Про себя думаю: там где-то стоит статуя, они нас сравнивают, и я оказался лучше. Такую благодарность от зрителей редко услышишь.

Помню, несколько лет назад после выступления ко мне подошла бабушка и сказала: “Спасибо. Я выздоровела!” Я на нее смотрю, ничего понять не могу. Оказывается, у нее очень болела голова, она пришла на Арбат и пока смотрела на меня, боль прошла. Я решил узнать, как такое возможно. Связался со знакомыми врачами, которые пояснили мне, что бабушка погрузилась, глядя на меня, в медитацию, переключилась от боли, и ее отпустило.

Это сейчас он известный мим, но было время, когда Сергей занимался наукой и о сцене даже не думал. По первому образованию Червяков биолог. Долгое время проработал в научном институте.

- У меня вся родня ученые. Я с детства хотел пойти по их стопам. И пошел, - вспоминает артист. - Хотя в 10-м классе мама сказала мне: “Может, тебе в театральный поступить?” Я тогда был далек от театра и не представлял, что буду заниматься не наукой. Но судьбу не обманешь. Пантомима нравилась с детства, но я не думал, что это станет моей профессией. Когда учился в университете, играл на любительской сцене. Это было хобби. Потом уволился из института, в этот же день сломал ногу и пролежал дома три месяца. Когда отбросил костыли, то понял, что хочу играть на сцене.

Путь к профессиональной сцене был долгим и тернистым. Сергей получил второе высшее, но уже театральное образование. Играл в разных труппах и выступал на разных сценах. Снимался в кино и сериалах.

- Часто во время выступлений приходится импровизировать? - задаю очередной вопрос. Он вдруг начинает смеяться.

- Вы сегодня заметили, что я перепутал порядок появления монеток? Нет. А я перепутал. Случился небольшой технический сбой, и он меня выбил на секунду. В следующий момент я понял, что у меня кусок фонограммы не отработан и одно действие. Фонограмму подвинуть не могу, и если действие не отработаю, то зрители все поймут. Пришлось номер переделывать на ходу и переставлять эпизоды.

В жизни Сергей Викторович в отличие от его мима веселый и разговорчивый человек. С ним можно часами беседовать на самые разные темы.

- Много чего добился в жизни. Но одна мечта пока остается мечтой: хочу сыграть в драматической постановке, - признался напоследок артист.

Надежда ПЛЯСКИНА, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее