4968

Павел КОНОВАЛОВ, пасечник: Вот она - сладкая жизнь!

Он большой, с густым бархатистым голосом, чудесным чувством юмора и чутьем на деньги. Павел КОНОВАЛОВ умудряется продавать даже жужжание своих пчел, а ульи называет исключительно ласково - улики. Он счастлив, что в независимой стране получил полную личную независимость: стал хозяином своего бизнеса, сам обеспечивает себя всем необходимым, сам решает, чем заниматься.

Павел КОНОВАЛОВ, пасечник: Вот она - сладкая жизнь!

Пал Палыч отучился в Израиле на пчеловода, первым стал проводить агротуры на пасеки и пытается научить этому остальных казахстанских пасечников. По красноречию и умению держать внимание ­аудитории соперничает с Гомером и Абаем. А ведь до пчел жил суетно, топ-менеджерски, дышал смогом в городе, выделял адреналин. Пасека же случилась внезапно.

- Жила тут у нас девочка, помогала по дому, - рассказывает Павел Павлович. - Стал за ней ухаживать местный пасечник и подарил пять уликов. Можно у нас поставить? Конечно, можно, с условием, что мы тоже заведем улики, а она будет присматривать заодно и за нашими. Вечером закупили оборудование, все привезли, а утром она сообщает, что планы изменились, она уезжает.

Пришлось мне договориться с пасечником, живущим по соседству, что он в течение года будет показывать и рассказывать, как надо обращаться с пчелами, раз уж они у меня появились. Только учил-то он меня по старинке. Зиму я провел в интернете, изучил все, что нашел про пчел, и понял, как надо построить дело, чтобы увеличить пасеку. Тогда мой наставник только посмеялся надо мной: мол, это невозможно. А у меня получилось. Причем не на 50 ульев, а на 100 увеличил в первый же год.

Мы с моей покойной женой Леночкой поступили в рязанскую академию пчеловодства, потом в Израиле я учился интенсивному пчеловождению, а в прошлом году получил сертификат как медовый сомелье. К тому моменту у меня уже было четыре пасеки по Казахстану, 1000 пчелосемей. Сегодня я международный бизнес-тренер по пчеловодству.

Пока Пал Палыч рассказывает, на столе появляются чай, образцы меда, подтягиваются поздние осенние пчелы и осы. На вершину холма уже едет автобус, полный туристов. Готовится вода с прополисом - вместо санитайзера, чтобы продезинфицировать руки и немного попить. Обычно приезжают 20-30 человек. В последние спокойные минуты он успевает только рассказать свой главный секрет. Чтобы быть успешным пчеловодом, надо делать ставку… не на мед. Успешный пчеловод продает все, что только можно взять от обитателей ульев и даже их вредителей.

- Мой коллега и соратник Сергей ТЕРЕЩЕНКО (первый премьер-министр независимого Ка­захстана. - К. Е.) уже четверть века продвигает идею пчеловодства в Казахстане. Он уверен, что по объемам экспорта меда мы можем стать мировыми лидерами. Я же убежден, что ставку надо делать не только на мед, но и на все продукты пчеловодства. Мы продаем даже жужжание пчел: люди приезжают поспать на ульях. Там особое магнитное поле с отрицательно заряженными ионами, это очень полезно. Плюс успокаивающе жужжат сами пчелы.

Дальше начинается шоу: прибывших туристов рассаживают под яблоней, проводят перекличку, знакомятся, дают обзор расписания и меню. Блицвикторина на казахском с экскурсом в историю пчеловодства в Азии. Обалдевшая от информации публика уходит побродить по склону горы, а Пал Палыч уже подмигивает помощникам, чтобы готовили чай. Сам же в паузу ведет нас показать хозяйство.

- На самом деле основной доход пасеке приносит маточное молочко - ценнейший продукт. Чтобы собирать маточное молочко, надо работать с личинками пчел двух часов от рождения. Ювелирная работа, этим у меня занимаются две девочки. Они учились за границей, приехали ко мне на практику на каникулы и сказали, что здесь больше узнали за лето, чем за все время учебы в Польше. Единственное, где стоит учиться, так это Израиль, потому что там занимаются интенсивным пчеловодством, а не экстенсивным, как у нас или в России. Например, у нас считается, что раз в две-три недели надо делать разбор гнез­да. А зачем? Вы представьте: сидите дома, отдыхаете, а к вам полиция с обыском. Стресс? Только пришли в себя - снова ­обыск.

Израильские пчеловоды считают, что не надо лезть в дом к пчелам, все возможные проблемы можно и так отследить по внешним признакам. Соответственно, и затраты времени меньше. Кстати, в Израиле пчеловоды получают деньги еще и за то, что их насекомые опылением занимаются. Так что везде мед не главный продукт.

- Не сложно жить здесь на отшибе, куда, наверное, зимой и проехать-то непросто по склонам?

- Это было осознанное дауншифтерство. Встал вопрос жилья, и мы решили, что чем платить очень дорого за бетонные стены, лучше мы переедем на землю, будем обеспечивать себя сами всем необходимым. Мы же здесь всякую живность держим. Люди привыкли сложно жить: отбери у них пластиковую карточку - они и покушать не смогут. А мы показываем своим примером, что все просто. И можно получать удовольствие от такой жизни.

Свои секреты Пал Палыч не скрывает. Наоборот, он часто пытается учить коллег, например, почему выгодно проводить агротуры. Но не всем это дано…

- Я-то всем рассказываю, но не все слышат. Мне описывали, как наши пасечники проводят агротуры: “Вон пасека, сходите посмотрите. Вон лавка, чтобы мед купить”. А кто-то послушает меня и говорит: “Да чтобы я вот так перед каждым незнакомым человеком распинался?! На фиг оно мне надо!”

У Пал Палыча есть лицензия на туристическую деятельность, и домик его с уликами включен в государственный список туристических маршрутов. Когда пасека стала объектом туризма, то и дорогу привели в порядок за счет государства. А в 2016 году здесь прошел технический тур Европейского конгресса пчеловодов с большой национальной программой.

- Разве это не повод для гордости, что в 2009 году в стране производилось 800 тонн меда, а через десять лет - уже 15 тысяч тонн! Есть все возможности для того, чтобы грамотно развивать свое дело. Не люблю только называть его бизнесом. Я получаю удовольствие от этого процесса. И для того чтобы пасека была успешной, даже не пчел надо любить, а людей. Без этого никак.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее